Закон лавин таков, что они либо сметают всё и сразу, либо столкнувшись с препятствием гаснут, растекаются и теряют силу. Так произошло и сейчас: тысячная масса Зелёной фракции, без труда и особых потерь, приняла и перемолола около двухсот настигнувших её мертвецов.
С пониманием того, что война дело тяжёлое, Юра, уставший и вымотанный до предела, вошёл в лагерь уже поздним утром, сложил полномочия встретившему его у входа Аринтону, после чего буквально дополз до офицерских казарм, и дойдя до своей комнаты, в которой благо убрались и даже не насрали, переоделся, обработал рану на боку и, не забыв вплавить в маску кристалл ментальной силы, упал на кровать, чтобы моментально и надолго заснуть.
Вот так – блистательным провалом, завершился его поход в город.
***
Проснувшись, Юра отчего-то подумал, что «загрузился ни с того места», так как немедленно вспомнилось первое естественное пробуждение в этом мире. На редкость паршивое пробуждение. Прям как сегодняшнее…
Выработанная мышцами за вчерашнюю ночь молочная кислота не просто рассасывалась, похоже она текла по венам вместо крови. А кровью, как известно, снабжается в том числе и мозг. Так вот, мозгу молочная кислота не нравилась! И не нравилась настолько, что он, похоже, решил переехать. А так как черепная коробка есть емкость замкнутая, мозг не нашёл лучшего решения, чем взять перфоратор и покинуть черепной плен с его помощь.
Ещё болел бок. И болел он зверски, словно туда ввинтили штопор и периодически за него дергали, пытаясь вытащить самым варварским из способов.
- Ой-й-йо-о-о… - простонал попаданец и оставил сомнительную попытку с кровати подняться.
- Что, бо-бо, да?.. – раздался сбоку ехидный знакомый голос.
Повернув голову, Юра увидел сидящего на массивном табурете Белку. Тролль довольно лыбился, оголяя здоровенные зубы и, казалось, занимал собой половину комнаты. А может и правда занимал, комната-то небольшая.
- Ты то, какими судьбами здесь? – повернувшись к окну и увидев, что за окном светло, предположительно позднее утро, и утро явно следующего дня, спросил кривящийся от головной боли молодой человек.
- Что значит, почему я здесь? – возмутился тролль. - Я, знаете ли, преисполненный чувством глубочайшей тревоги за твою недобитую тушку, сижу, переживаю, даже посрать отойти не могу, а ты - неблагодарный человечишка… - Белка состроил обиженную гримасу и отвернулся.
- А если серьёзно? – не поверил ни единому слову Юра, зная, что белокожий тролль-альбинос слишком практичен чтобы сказанное было правдой.
- Эх, - махнул рукой Белка, - словно желая показать, что его вера в человечество навсегда утеряна.
- Ну, во-первых, мне нечем заняться, - спустя паузу, произнёс тролль, - а во-вторых, тебя хочет видеть Командующий и меня, дабы я не бездельничал, отправили дожидаться пока ты проснёшься. Но поверь, не связывай нас крепкая боевая дружба, наверняка отправили бы кого-нибудь другого… - многозначительно закончил собеседник.
- Можешь меня к нему отнести, сам я не пойду… - буркнул молодой человек, который слегка на Аринтона злился.
Вроде бы как выяснилось, что его использовали как приманку в полном случайностей и допущений плане. И одно из этих допущений, что он – Юра, запросто мог отправиться на респ.
- Ты в курсе о ключе? – повернувшись к троллю, спросил попаданец.
- Ага, - ответил Белка.
- Кстати, а где он?
- Ну понятно где, у тебя под подушкой…
Вероятно, сказанное являлось шуткой, но всё же Юра заставил себя изменить положение тела и проверить услышанное. Серебряный ключ действительно лежал там…
- Почему Аринтон не забрал его? – обратился он к троллю.
- А зачем? – вполне искренне, подивился тот.
- Он же нужен нежити. И если нежить его вернёт, то скорее всего восстановит некие утерянные возможности! – возмутился молодой человек и застонал.
От шевеления извилинами перфоратор задолбил с новой силой.
- Ну так позаботься чтобы он не попал к ней в руки. И ты же знаешь правила, не стоит нарушать волю судьбы… - пожал плечами Белка.
Пообщавшись с монстрами, Юра приметил, что они очень серьёзно относились к воле проведения. Впрочем, как и к воле Системы, не особо разделяя первое и второе. Если судьба что-то доверила конкретно тебе, спорить с её волей у монстров считалось дурной приметой.