- В смысле? – не понял последнего Юра.
- Если я убью тебя здесь, то хранители отправят твою тушку в безопасное место, они всегда так делают при подобных обстоятельствах. Однако, с учётом того, что у тебя уже сильное энергетическое истощение, а ты сверху потеряешь ещё кучу энергии, восстановление на первом уровне займёт месяцев так пять - шесть. Из которых половину времени ты даже ходить толком не сможешь. Привыкай студент.
- Это, - заволновался Юра, - мне надо в башню, но я уже с неделю себя очень плохо чувствую, - жалобно протянул он.
Демон принялся терпеливо объяснять:
- При смерти заблудшие теряют фиксированное количество энергии, на полное восстановление на первом уровне уходит где-то три месяца. Это одна из причин, почему из города раньше 5 - 6 уровня лучше не выходить. Чем выше уровень, тем меньше требуется времени на восстановление потерянной энергии, на сотом даже начинает накапливаться определённый её избыток.
- А как тогда качаться? – почти перестал бояться демона втянувшийся в беседу Юра. Да и от собеседника подкупающе веяло размеренностью и спокойствием.
- Развитие идет, в том числе и при обучении, заодно под учебными городами обычно есть многоуровневые подземелья, там легко выбирать нагрузку под текущие навыки. И это, я тебе не ходячая энциклопедия, давай рассказывай...
- О чём рассказывать?
- Первое, как получилось, что у тебя на руках предмет из самого сильного финального комплекта в этом мире, - указал Кас на арбалет, - второе, как вас вообще угораздило пойти куда-то пешком на вашем то уровне, и третье - как помер то? Я люблю интересные истории.
Молодой человек с сомнением посмотрел на собеседника, а после уважительно глянул на своё оружие.
«А стоит ли мне ему что-то рассказывать, он же получается враг?»
Сомнения эти ясно отразились на Юрином лице.
Мужчина хитро улыбнулся и распахнул полу плаща, получив доступ к сумке похожей на ту, какой сейчас владели Юра и товарищи. Но эта выглядела слегка побольше. У сумки Юриной группы имелся недостаток: «входное отверстие» в ней было всего сантиметров тридцать, так что положить в неё что-то большое было проблематично. Некое небольшое окошко в сто литровый бочонок. А вот артефакт Кассиопеи раскрывал доступ в некое «куда-то» сантиметров на сорок. Засунув руку в другое измерение, демон за несколько подходов извлёк на свет божий небольшую походную плитку, чайник, кружки, мешочек с печеньем и пачку сладких галет.
- Я за водой, - кинул он Юре, - и это, если ты расскажешь мне подробности, ничего плохого не случится, уверяю. Я же тебя не других заблудших заставляю сдавать. А за низкосортную ложь Хранители матросят как демонов, так и заблудших. Хотя в тактических целях допускается, - подмигнул он молодому человеку и, прихватив чайник, вышел в дождь.
Юра остался один, всё ещё пребывая в лёгкой прострации от происходящего. С некоторым опасением он покосился на торчащий из пола меч демона, но трогать его конечно не стал.
«Надо глянуть наблюдателей», - всплыла в голове толковая мысль.
Наблюдатели писали следующее.
**
«Чёрный наблюдатель: - Солдат ребёнка не обидит.
Белый наблюдатель: - Не обманывайся, он очень опасен».
**
«То, что он опасен, я и без вас знаю, - буркнул Юра себе под нос и покосился на «укороченную» статую крылатой женщины, - могли бы и прямо сказать, можно что-то рассказывать или нет. Но вроде получается, что можно».
Поразмыслив, он решил «продаться» за «банку варенья и пачку печенья».
Снаружи тем временем полило с новой силой. Сквозь сплошной шелест дождя молодой человек различил неясный треск и грохот, словно пустой металлический бидон скатился по каменистому уступу. Юра собрался с силами и развернулся к проходу. К часовне не торопясь приближался непонятный шар, который секунд через десять стал вполне понятным. Дождь не достигал тела Кассиопеи, а барабанил по некоей невидимой границе вокруг него, создавая зрелище шарообразного барьера.
«Магия наверно», - коротко подытожил наблюдатель.
Мужчина вошёл в помещение, поставил чайник, взял в руки магическую плитку и закинул в неё пару кристаллов карцибела, которые извлёк из кармана плаща. Попаданцу сразу стал ясен источник непонятного грохота.
«Ишь ты, и не жалко ему такой крупный карцибел в плиту заправлять!»