Он прошел рядом с колоссальной витриной и двинулся в тени длинного ряда колонн, подпирающих универмаг. Лумис немного напрягся, когда из-за ближней колонны шагнул щуплый маленький человечек.
— Одну минутку, — сказал неизвестный, прикладывая палец к губам, — я вас не задержу.
Лумис оглянулся вокруг на лес молчаливых каменных монолитов.
— Что вам надо, любезный?
— Всего за сто пятнадцать крупперов, — произнес незнакомец, вынимая из-под полы трехствольный игломет-самоделку ручной работы. — Даром отдаю, плюс полный комплект игл заводские, свежеворованные, — добавил он скороговоркой не увидев в глазах Лумиса особого интереса. — Необходимая вещь для самообороны и всяких неожиданных случаев.
—Нет, мне такое не требуется, — проронил Лумис, поворачиваясь.
—Ну, припугнуть кого-нибудь или еще чего, — все еще надеясь, говорил продавец, семеня позади. Наконец, видя, что Лумис не реагирует, отстал, недовольно хмыкнув.
«Да, — подумал Лумис, — как ни изгаляется полиция, а мелкая торговля, да еще запрещенным товаром, процветает. Может, проявить гражданский долг и вызвать стражей законности и порядка, дабы поставить на место кустарного ремесленника? Пусть потом делает то же самое, но уже на нормальном станке, только бесплатно да под присмотром дяди с дубинкой, и так циклов пять-шесть, как бог даст. Чувствовал, чувствовал этот торгаш, к кому обращается: продать не продал, но ведь и не арестован...» Выбравшись из тени огромного магазина, Лумис тут же забыл о происшедшем. Когда же он, наконец, вошел в знакомый просвет между двумя сверкающими спиралогритами, впереди ярко горел на солнце купол «Бриллиантовой короны».
«Сколько мы еще проживем здесь? — размышлял Лумис. — Денег хватит дней на семь, к тому же Магриита говорит, что долго здесь не задержится. А что потом? А плевать, что там, главное, сейчас будет что-то очень вкусное и Магриита на десерт». Прохожих вокруг не было, и неудивительно в самый жаркий период суток в этом привилегированном районе города. Все сейчас отлеживались в креслах, уставясь скучающим взором в экраны стереовизоров. Он вдруг остановился. Что-то он упустил из виду, что-то такое маленькое и незаметное. Он оглянулся. Залитая светом идеально гладкая поверхность стекломильметола была пустынна. Что же тогда удивило его? Нервы, нервы никуда. Мания преследования, это после той ночи, после всех этих сумасшедших циклов конспиративной работы. Наверное, будет правильно завязать с этим навсегда, бросить это занятие. Хватит, навоевались вволю. Пусть все эти «бунтующие цветы» и «повстанцы» воюют со всем миром, а он будет есть омаров и пить крапс и плевать на всю эту обреченную борьбу за рай на планете. Вот только Магрииту надо попытаться убедить.
Где-то впереди, над пирамидальными спиралогритами промчался по блестящей, тонкой нити монорельса светящийся монотрон. Он на мгновение разорвал полуденную тишину и растворился, юркнул за полыхающую отражением Фиоль стену огромной гостиницы. И тут словно яркая вспышка озарила память. Лумис ясно увидел то, мимо чего прошел несколько минут назад. Там, позади, на стекломилметоле, лежал клочок шерсти гиплихксиниса. Подкосились колени, и сразу куда-то на задний план отодвинулись крих-лепешки и соус из икры мигри. Словно раздался отрезвляющий удар, разверзлась небесная твердь, и на отупевшую от зноя землю хлынул холодный будничный дождь. Рухнул так тщательно и кропотливо возводимый воздушный замок. Он ускорил шаги, но внезапно остановился. Над головой навис упирающийся в зенит отель «Бриллиантовая корона». Сейчас он войдет в скоростной лифт, и, когда через мгновение кабина зависнет на семьдесят первом этаже и уйдет вниз створка люка, он сделает последний шаг к своей гибели. Интуиция, выработанная за долгие циклы работы в подполье, уже подсказала решение. Внешне совершенно безмятежный, он втиснулся в яйцеобразную, матовую камеру уличного видеофона и недрогнувшей рукой надавил нужные клавиши. Ритмично пульсировал экран, и ярко горела красная лампочка над ним, а он, упираясь спиной в вогнутую стенку камеры, не мигая смотрел в одну точку, и, словно из необозримой дали, до него доходил монотонный повторяющийся голос кристалофона: «Абонент не подключается. Пожалуйста, рассоединитесь. Не занимайте линию». Он молча надавил клавишу и вышел на опаленный солнцем тротуар. Возникла нелепая, ужасно простая мысль: пойти купить у этого частника игломет и вернуться сюда, в отель; потом, забаррикадировавшись в номере, держать круговую оборону и убивать, просто убивать, подонков из «патриотической полиции», пока они не забросают его газовыми гранатами. Когда ее взяли? Может, ее арестовали только что и он еще успеет? А что, собственно, он успеет? Подгоняемый каким-то внутренним чутьем, Лумис двинулся назад к тому месту, где лежал клочок голубого меха с ее плеча. Он почти бегом проскочил в отходящий от главного факта переулок и чуть не сбил с ног зазевавшегося пешехода.