– Да что ж, сам видишь, – сказала Моргана, обводя взглядом стены своей тюрьмы. – Иногда мне хочется, чтобы я уже умерла, как мама.
Барт знал, что социальная сотрудница ищет для Морганы другое пристанище. Возможно, девочку согласилась бы взять Жозиана. Это сразу повысило бы ее шансы на опекунство.
– Пошли, я тебя забираю, – решил Барт, ссадив Моргану с колен.
– Куда?
– К себе.
– Правда?
Моргана не могла опомниться. Значит, она не ошиблась? Парус на горизонте, замечательный старший брат, – все это есть на самом деле?
– Погоди так-то уж радоваться, – предупредил Барт. – Характер у меня не из легких, и потом, не знаю с какой дури я вчера наготовил тапенады недели на две. Надеюсь, ты любишь маслины?
Он сгреб пожитки Морганы в беспорядочную кучу и запихнул в две большие сумки. И, ни на секунду не задумаясь, похитил сестру из приюта.
В 19:30, когда рабочий день уже кончился, задержавшуюся у себя в кабинете Лоранс Дешан застиг панический звонок социальной сотрудницы.
– Моргана сбежала из приюта!
– Ах, этого следовало ожидать! – воскликнула судья, горько себя упрекая. – Ее совсем забросили!
– Столько всего сразу навалилось, – оправдывалась Бенедикт. – Я сообщила о побеге Жозиане Морлеван. Но до Бартельми никак не могу дозвониться.
И неудивительно: в это время Барт и Моргана сидели в кафе и уплетали банановое мороженое.
– Зайду к нему, – решила судья. – Если девочка ищет пристанище, его адрес – единственное, чем она располагает.
Моргана не только располагала адресом Бартельми, но даже открыла дверь на звонок судьи.
– Так ты здесь? – воскликнула Лоранс.
– Я играю с Бартом на приставке, – радостно сообщила девочка. – Он суперски играет в «Лару Крофт».
Судья начала подозревать, что весь этот переполох вызван очередной глупостью молодого человека.
– Кого я вижу! Мисс Лоранс, – приветствовал ее Барт, не выпуская джойстик из рук. – Смотрите, какой, я сейчас сделаю супербросок.
Лоранс села на диван.
– Что вы опять натворили? – проявляя чудеса выдержки, спросила она. – Почему не сообщили в приют, что Моргана сбежала к вам?
– Да она не сбежала, – успокоил ее Барт. – Это я ее увел. Уж больно там противно, в этом приюте.
Лоранс смотрела на него, потеряв дар речи.
– Вы знаете, что директор вызвал полицию?
– Зачем? – спросил Барт, оторвавшись наконец от экрана.
– Но, Бартельми, когда пропадает маленькая девочка, все ведь беспокоятся, с ума сходят. Всякий разумный человек сообщает в полицию!
Судья начала спокойно, но потом тормоза у нее отказали.
– Ну вот, приехали, – безнадежно простонал Барт. – Опять на меня ругаются. То ругаются, что я не забочусь о Моргане. Забочусь – тоже ругаются.
– Ну а что делать, чтобы заставить вас понять? – вскипела судья.
– Да все я понимаю! Вы хотите назначить опекуном Жозиану.
– Это у вас навязчивая идея, – констатировала Лоранс. – Разумеется, я скорее доверю девочек Жозиане! Вы совершенно безответственный человек.
– Вы говорите, как Жозиана! Это женский заговор! – заорал Барт.
Внезапно, словно автомобильная сигнализация, заревела Моргана.
– Я… я… я хочу остаться у Барта!
Лоранс кинулась утешать девочку.
– Ну конечно, моя маленькая, не плачь. Мы устроим все так, чтобы вам с Венецией было хорошо.
– Я люблю Ба-а-а-рта!
– Ну да, о'кей, любишь, все поняли, – сказал Бартельми, встряхивая ее за плечи. – Но если ты не вырубишь свою сирену, я тебя в окошко вышвырну!
Моргана еще раз-другой всхлипнула и затихла.
– Видали? Я нашел способ, как сделать, чтобы она перестала, – похвастался Барт. – Надо встряхивать.
– А с вами что надо сделать, чтобы вы перестали? – спросила судья.
Барт, казалось, всерьез задумался над вопросом. Лоранс воспользовалась моментом, чтобы позвонить Бенедикт.
– Я у Бартельми. Девочка, как я и думала, сбежала к нему…
Она лгала, чтобы выгородить Барта. Молодой человек неслышно подкрался к ней, пока она беседовала с социальной сотрудницей, шепнул ей на ухо: «Спасибо», и поцеловал в шею. Но все впустую. На следующий день Бенедикт пришла за девочкой, чтобы отвезти ее к Жозиане Морлеван. Г-жа офтальмолог согласилась приютить обеих сестер. Она знала, что это повышает ее шансы стать опекуншей.
Барт легко утешился в разлуке с Морганой. Теперь он мог свободно искать замену Лео. Он разработал нечто вроде отборочного теста, состоящего из нескольких пунктов, первым из которых был вопрос: «Вы любите тапенаду?».
– А вам не кажется, что стоило бы поискать работу? – намекнула однажды Эме во время очередной отлучки представителя бельевой фирмы.
– Кто ищет, тот ведь, чего доброго, найдет, – заметил Барт.
– Вы что, вообще не хотите нигде работать? – забеспокоилась соседка.
– Ну почему же вообще нигде, – возразил Барт. – Просто мне надо, чтобы работа была не бей лежачего. Например, испытывать компьютерные игры.
Он подумал и предусмотрительно добавил:
– На полставки.
Эме огорчилась. Она переживала за Бартельми.
– Вас так невесть куда занесет, Барт.
Молодой человек рассмеялся. Он щелкнул Эме по животу:
– А вас разнесет как бочку. Распространитель бюстгальтеров-то как, согласен?
– Он еще не знает. – Эме вздрогнула и прикрыла руками живот. – Этого я хочу сохранить.
Барт неодобрительно скривился. Хорошенькая же ей предстоит взбучка.
– Вы ему готовите супчик по моему рецепту?
– Тс-с…
Зазвонил телефон. Барт успокоил соседку:
– Это мне, насчет свидания сегодня вечером.
Но это была Жозиана.
– Oh, boy! – испугался Бартельми. – У девчонок ветрянка, и ты хочешь спихнуть их мне?
– Они совершенно здоровы. Спрашивают, можно ли им с тобой повидаться. Я сказала, что позвоню и спрошу.
– Повидаться?
– Да. С тобой, – раздраженно отчеканила Жозиана. – Ты, насколько я поняла, суперчемпион в какой-то, как ее там, то ли «Сара», то ли «Клара Лофт»…
Барт прыснул:
– «Лара Крофт»!
Жозиана умолчала о том, что уступила девочкам лишь после того, как Моргана включила на полную мощность свою сирену, а Венеция нарисовала целый легион чертей.
– Я привезу их к тебе в 18:00, а после ужина заберу, – объявила Жозиана с неосознанным деспотизмом старшей сестры. – Жди.
– Но… но…
Она повесила трубку, не дав Барту слова сказать, так что ему оставалось только срывать зло на своем телефоне:
– У меня же вечером свидание! Совсем баба оборзела!
– Так вы перенесите свидание, – посоветовала Эме.
– Это ж мужчина моей мечты, – в отчаянии сетовал Барт. – Высокий такой блондин. Швед. А может, американец. К тому же я не знаю, куда ему звонить. Я ничего не понял, что он мне говорил.
В 18:00 с военной точностью явилась Жозиана с девочками. Венеция кинулась к Барту на шею с криком: «Поцеловать!», в то время как Моргана, молитвенно сложив руки, смотрела на него с безмолвным обожанием. Жозиана острее чем когда-либо ощутила себя жертвой несправедливости.
– Привет, Эме! – закричали девочки, увидев в гостиной соседку.
Жозиана не стала вникать в эту новую загадку и поспешила удалиться.
– Играть, играть! – требовала Венеция.
Моргана потянула Барта за рукав:
– Ты был сегодня у Симеона?
– Да, у него все отлично! – ответил Барт, подражая энтузиазму Жоффре. – Как поест – блюет, но это хороший симптом. Значит, лечение действует. Когда помрет, тогда уж никаких симптомов.
– Барт, – тихонько одернула его Эме.
Сестренки смотрели на него, приоткрыв рты в горестном изумлении.
– Но доктор Жоффре дал мне название одного лекарства, чтобы я купил его Симеону в аптеке, – спохватился Бартельми. – Такая штука, от которой человек становится сильным как супермен. Это лекарство принимают велогонщики, чтобы победить в «Тур де Франс».
Венеция с трудом могла представить себе Симеона в роли велогонщика, но все-таки заулыбалась. Моргана смотрела в пол.