Полынский усмехнулся, но ответил:
- В Полыновке управляющий Генрих Францевич Берг, а это его сынок.
- Немец?
- Чистокровный. Мой покойный батюшка когда-то нанял его мне в учители, а потом оставил управлять. А жена у него русская, он её из крепостных выкупил у моего дяди.
- То-то я гляжу: душевный мальчонка, не похож на немца.
- Это предрассудки, - засмеялся Полынский. – Генрих Францевич – замечательный человек, и жена его – Анна Михайловна – просто золото.
- Кабы он согласился пожить тут, я бы с ним своё жалование разделил, - напомнил старик.
- Вот что, - отвечал Полынский, - поезжайте-ка вы с Адамом завтра в Покровку. Дня за три вдвоём сделаете там ревизию, посмотрите на их нужды, с управляющим потолкуете. А когда вернётесь, можете уговорить юношу Вам помочь. Уверяю Вас: не пожалеете. Он и ещё подскажет, как лучше сделать, чтоб доход от поместья увеличить. Наверняка в его умной голове уже мысли опережают друг друга.
На том и порешили.
Дорогие мои читатели! Неугомонная Натали, конечно, всю свою жизнь будет искать себе приключений - натура у неё такая. Но у меня нет задачи описывать всю её жизнь. Ещё парочка приключений с этой барышней в главной роли - и придётся заканчивать роман. Как вы уже заметили, в нём нет бурных страстей, серьёзных интриг и исторических потрясений. Это просто попытка заглянуть в ушедшую эпоху, понять, что человеческие чувства и характеры - вне времени. Очень хочется узнать, удаётся ли мне это, и в какой степени. Возможно, где-то недостаёт интриги или остроты сюжета; возможно, характеры прописаны не слишком ярко, или допущены исторические неточности, которые я не заметила. Буду рада любому отзыву. Помогайте мне учиться! Заранее спасибо. Ваша Юля
Глава 27
27
С отъездом Адама за столом оказалось на одно приятное лицо меньше. Натали, давно отвыкшая от безделья, уже дочитала книги, взятые в дорогу, а других в поместье не оказалось, поэтому она пристрастилась к прогулкам по окрестностям. Утром, пораньше, выезжала на серой в яблоках лошади и осматривала дальние рощи и маленькую речушку, иногда скакала вдоль огромного оврага, развёрзтого за западной околицей Конёво. На дне его девушка заметила родник, но спускаться одна не решалась: очень уж крутой склон, да и лошадь привязать поблизости негде. Но заглянуть-то можно!
Вот так, стоящей на самом краю оврага и всматривающейся в его тенистую глубину, её и увидел издалека Полынский. Утром он приезжал в деревню по делам, и кто-то из мужиков сказал, что видел барышню, направлявшуюся к оврагу. Граф был уверен, что это не Ирэн, поэтому поскакал следом.
Издалека ему было видно, что девушка неподвижна, но, пока он искал слова, которые скажет ей, подъехав, заметил, что она, оставив лошадь, подобрала юбку амазонки и осторожно ступила на край крутого склона.
«Вот неугомонная!» - воскликнул про себя Николай и пришпорил жеребца. Добравшись до места, он заглянул в овраг рядом с привязанной к жиденькому кустику лошадью, но никого не увидел.
- Натали! – громко позвал он. Ответа не последовало.
-Натали! Вы здесь? – снова окликнул Николай и, не получив отклика, стал спускаться в том же месте, что и она, привязав коня к тому же чахлому, ненадёжному кустику. Через несколько шагов он почувствовал под ногами пустоту, и уже в следующее мгновение сидя съезжал вниз по склону вместе с лавиной песка. Движение это особенной опасности в себе не таило, но и задержать его не было никакой возможности. Вот так, съезжающим отнюдь не на коне, размахивая руками, молодой граф и предстал перед своей возлюбленной. Утешением служило лишь то обстоятельство, что за пару минут до него она проделала тем же способом тот же путь. Правда, без свидетелей.
Платье девушки было пыльным не только сзади, но и спереди, что свидетельствовало о её безуспешных попытках вскарабкаться назад.
- Граф! – воскликнула Натали, увидев его. – Какое безрассудство с Вашей стороны – спускаться в этот овраг!
Николай опешил от подобного заявления, но осторожно заметил:
- Позвольте напомнить, мадемуазель, что это Вы сюда спустились первая, а я только хотел Вас вытащить.
- Вот именно, - подтвердила девушка, - но для этого Вам следует быть наверху и бросить мне верёвку. А теперь мы оба не сможем выбраться.
Полынский перестал отряхивать одежду и, взглянув вверх, понял, что она права. Рыхлый песчаный склон не давал возможности зацепиться, по крайней мере, в этом месте.
- Надо найти самое заросшее место на склоне, - поразмыслив, предложил Николай.
- Возможно, мы так и поступим, - согласилась Натали, - но не раньше, чем доберёмся до родника. Ведь это именно он меня сюда привлёк.