Глава 32
32
- Волнуешься? – поинтересовалась Ирэн, в последний раз поправляя ленту на шляпке кузины.
- Очень, - призналась Натали, - Не знаю, как дедушка примет меня. Возможно, не поверит в наше родство.
- Непременно поверит, - заверила Ирэн. – И дело даже не в вещах твоего отца.
- В чём же?
- Сама всё увидишь.
В гостиную вошёл Полынский и, широко улыбнувшись, приветствовал девушек поклоном:
- Наталья Петровна, Ирина Фёдоровна! Вы обе так прекрасны, что я не в силах решить, на ком остановить взгляд.
Ирэн рассмеялась:
- Ах, Николай Иванович! Вы лукавите, чтобы не обидеть меня. Но не трудитесь: у Вас всё равно не получится отвести глаз от моей кузины.
Николай и не трудился. Натали раскраснелась под его восхищённым взглядом. Ирэн, не скрывая умиления, наблюдала за ними.
Кто бы мог подумать ещё две недели назад, что девушки, считавшиеся соперницами в любви, так сблизятся, узнав о своём родстве! Ирэн словно подменили. Когда Николай высказал эту мысль тётушке, та только покачала головой:
- Именно такой я её и знала до своего отъезда.
- Пожалуй, в такую Ирэн я мог бы и влюбиться. Конечно, если бы моё сердце было свободно.
Карета остановилась перед четырёхэтажным особняком недалеко от набережной Невы.
- И на каком этаже живёт наш дедушка? – робко спросила Натали, окидывая взглядом огромное серое здание с белыми колоннами и львами у парадного подъезда.
- На всех, - пожала плечами Ирэн. – Это его дом. В нём двадцать четыре спальни, не считая других комнат. Можешь выбрать себе любую.
- Я должна буду жить здесь… - растерялась Натали и от волнения взялась за руку Полынского, словно ища защиты.
- Надеюсь, что недолго, - улыбнулся Николай. – На новогодний маскарад во дворец Вы поедете графиней Полынской.
Ирэн лукаво надула губки:
- Как несправедлива жизнь! Только я нашла свою единственную кузину и подругу, как этот несносный граф собирается у меня её похитить! Но не надейтесь, Николай Иванович, я буду приезжать к вам в гости как можно чаще, пока не прикажете лакею не пускать меня на порог.
- Лакей с Вами не совладает, Ирина Фёдоровна, - подхватил её шутку Полынский. – Против Вас придётся выставлять гвардейцев. Не меньше дюжины.
- Ах, с ними ещё проще: надо только скромно улыбаться и хлопать ресницами. А ещё лучше – упасть в обморок.
Натали не удержалась и рассмеялась в ответ на их пикировку. Именно этого и добивались Николай и Ирэн, чтобы отвлечь её от мыслей о скорой встрече с дедом.
Не успели молодые люди подняться по ступенькам особняка, как дверь перед ними открылась, и их с поклоном встретил швейцар. Натали старалась не рассматривать всё, что встречалось им по дороге через анфиладу комнат, но это было почти невозможно. Единственная мысль, которая в эту минуту занимала её голову: «Где здесь можно жить?!» Роскошь и восхищала, и подавляла одновременно. Девушке захотелось оказаться в Полыновке, в комнатке с книгами на столе, где она провела более двух лет, наслаждаясь графской библиотекой. Мелькнула даже малодушная мысль о том, что лучше бы дед не признал её, и тогда она спокойно вернётся в дом графа, станет его женой…
- Думаю, этот дом по наследству полагается тебе, - прервала её мысли Ирэн. – А титул перейдёт к твоему сыну: государь не позволит прерваться роду.
- Какой титул? – рассеянно спросила Натали.
Но ответить Ирэн не успела, потому как в это мгновение очередная дверь перед ними бесшумно раскрылась, и дворецкий громко и торжественно провозгласил:
- Княжна Наталья Петровна Краевская! Баронесса Ирина Фёдоровна Муратова! Граф Николай Иванович Полынский!