Но и самой Лее доставалось изрядно. Кто вырастил близнецов, тот поймет. Не до танцев. Ну, разве что на вечеринках и корпоративах. Да и то, кому демонстрировать свою балетную осанку и растяжку, подвыпившим коллегам? Просто смешно…. Так же, как и все — три притопа, два прихлопа. Впрочем, от прежней осанки и балетной растяжки тоже мало что осталось…
Почему Лея бросила балет? Как случилось, что она перестала следовать тому сценарию, который выбрала для нее мать и прислушалась к советам отца. И круто переменила свою жизнь.
Каждая ученица училища боялась взвешивания. И Лея тоже. Преподаватели были к ней особенно строги, поскольку каждое воскресенье сталкивались в коридоре с громкой гражданкой Ларкиной. И формами прямо-таки рубенсовскими. А балетным дамам был ближе Ботичелли, в силу специфики их профессии. И когда у Леи наступил переходный возраст, фламандец стал так явно теснить итальянца, что девочке пришлось буквально «зашить рот».
Лея косила глаза на подружек, уплетавших пирожные и шоколад. Она тоже очень любила сладости. Но уже два года была их полностью лишена. Растущий организм требовал еды — вкусной и разнообразной. Вместо этого получал лишь балетную кашу и листья салата.
И еще у Леи не было прыжка. То есть она прыгала, но не достаточно высоко. Казалось бы, какая печаль? Многие балерины всю свою балетную жизнь стоят в кордебалете. «Танцующие тела». А Лея не хотела. Хотела танцевать ведущие партии. Быть примой. Все, что ниже этого, казалось ей постыдным. Ради чего тогда усердие в экзерсисе и стертые до крови ноги? Зачем лишать себя жизненных удовольствий?
Вместо строгого режима — ночные прогулки по набережной. Не балетная каша, а тающие во рту булочки с корицей. И можно не бежать, сломя голову, к началу занятий, а остановиться, рассматривая картины у художников на пятачке костела Святой Екатерины. Или сесть на кораблик и проехаться по каналам.
Это и была жизнь, реальная, осязаемая, беззаботная. А пыльный зал со скрипучим паркетом, пропахшие потом раздевалки, ноющие от запредельных нагрузок мышцы и суставы, интриги, сплетни, косые взгляды соперниц — все осталось в прошлом. Лея ушла из балета решительно и без сожаления. Словно ее там и не было вовсе.
Совсем без движения Лее было плохо. В свободное время стала ходить на фитнес. Занималась регулярно, рьяно, усердно. После балетных нагрузок все эти прыганья на степе, беговая дорожка и гантельки казались сущими пустяками. И скукотищей. Другое дело — танцы. Группа сольной латины. Вот это весело! Прикольная зажигательная музыка, свободные движения, позитивный настрой. В последнее время всего этого Лее определенно недоставало. Все в ее жизни катилось размеренно и неспешно. И все больше напоминало стоячую болотную воду. Того и глади — лягушки заурчат и поплывут головастики.
Танцы позволяли Лее хотя бы два часа в неделю пожить совершенно другой жизнью — яркой, беззаботной и искрометной. Погрузиться в музыку, позволить телу двигаться легко и свободно, да выпустить пар, в конце концов!
— Последний разик, самый лучший! — задорно кричала в конце тренировки их тренер — маленькая кошечка Полина, подбадривая выбившихся из сил учениц. И женщины собирали последний остаток силенок, чтобы порадовать преподавателя. Уроки всегда заканчивались взаимными аплодисментами. Так ученики благодарили учительницу за науку, а она их — за старания.
В группе Лея была несомненной звездой. Другие с завистью смотрели, как легко она успевает за тренером и как точно повторяет движения. А для нее это было на самом деле несложно.
Но групповые тренировки ей быстро наскучили. Не Леин масштаб. Что это за сольная латина такая? Носятся тетки за девочкой по залу — туда-сюда. Та же партия в кордебалете. Бальные танцы — вот это тема. Парные танцы. Танцы с партнером. Партнер! Вот что ей надо. Только где? Как? С чего начать?
Впрочем, если есть Запрос, то всегда появляется Возможность. Эту истину Лея усвоила давно. И чем сильнее Запрос, тем быстрее эта Возможность подворачивается. Нужно только ее не упустить. Впрочем, Лея всегда умудрялась выжать максимум из того, что предоставляла ей судьба.