– Остановись Крам. – мой голос сочился доброжелательностью. – Не стоит сориться. Оружейник сам боится, вот и пугает нас. Не так ли? Уважаемый? – Надеюсь, что моя улыбка не была похожа на оскал. – Не стоит бояться мертвецов, они ни чего сделать живым не смогут. Бояться надо живых. А про карету я понял. Продать ее не получиться, ну и ладно, сам буду кататься. Она мне и самому понравилась, легкая, мягкая на ход, удобная и красивая, а руку ты из-под стола убери, не гоже покупателей самострелом пугать.
Рука оружейника медленно поползли из-под стола и улеглась на коленке мужчины. Он крепился, но пальцы вздрагивали время от времени, выдавая его волнение. Оружейник не понимал что происходит и кто к нему пожаловал и от этого не знал как надо себя вести, но он сразу поверил этому странному воину, а голос стрелка его доводил до животного ужаса.
– Вы … вы чего хотите? – Выдавил он из себя.
– Так уже говорили. У нас есть лишнее железо, хотим обменять на необходимое нам. Понимаешь?
Оружейник кивнул головой и хотел что-то сказать, но протолкнув комок в горле, крутанул головой.
– Ребятки, если узнают, что я с банди … это … – Он затравленно посмотрел на нас и покосился на стол. – … с вами дела имею, меня повесят. Вы уходите, я ни кому про вас ни скажу.
– Хозяин. – Обратился ко мне Крам. – Бесполезный это человек. Он сейчас обгадится от страха, а мы …
– Подожди. – Перебил я Крама, не отводя взгляда от оружейника. – Он посидит, успокоится и все сделает как надо. Верно я говорю? – Последнее прозвучало для оружейника как угроза и он поспешно, соглашаясь затряс головой. – Вот видишь, он согласен. Запоминай что нам нужно. Глаз у тебя наметан, не ошибись в размерах. Нужны две кольчуги на нас, тонкие, легкие, с мелкой ячейкой, для ношения под одеждой.
– Паутинки что ли? – оживился оружейник – Дорогие они. – Глазки заблестели, еще бы, он почуял запах наживы и все страхи сразу же отошли на второй план.
– Я не знаю что такое паутинка, покажешь, тогда и решим. Ты не перебивай, слушай дальше. К тебе сегодня привезут все железо, которое у нас есть, ты перебери его, посмотри, оцени. Со мной двенадцать человек, их надо одеть в защиту, кольчуги, на руки и ноги защиту, шлемы. Если подберешь легкие нагрудники, тоже не плохо. Мне красота не очень важна, главное что бы все было удобным и практичным. Мы не на бал собираемся, сам говоришь, беспокойно на дорогах. У кого оружие неважное, поменяй и каждому подбери самострел или лук. Я людей по четверо присылать буду. Завтра с утра, пожалуй и начнем. Вот этому воину, ты правильно определил, предложишь самое лучшее, а он сам решит, что покупать. Я надеюсь, ты все понял?
– Двенадцать человек, это не много. – Вообще ожил оружейник. – Подобрать все смогу, а кто платить будет?
– А об оплате, ты вот с ним, договаривайся. – Я слегка улыбнувшись кивнул в сторону Крама.
На улице Крам немного приотстал и спросил в спину.
– Хозяин, думаешь не обманет?
– А ты и проследи, что бы не обманул.
Выход из переулка перекрыла троица молодых парней. Средний, самый крепкий и наглый, окинул нас взглядом и скривившись заговорил.
– Зачем избивать детей. – Это не был вопрос и прозвучало как утверждение с оттенком превосходства.
Детей? Каких детей? За время нахождения в этом мире ни разу не избивал детей. Подобное обвинение меня несколько озадачило. В голове промелькнула картинка, как я порю ремнем ребенка … Но подобного не было.
– Каких детей. – Настороженно уточнил я.
– Как каких? – В вопросе прозвучало наигранное удивление пополам с наглостью. – Маленького мальчика избили, теперь придется ему лечиться, а лечение денег стоит. Кто платить будет?
– Хозяин. – Еле слышно произнес за спиной Крам. – За нами еще трое. Их я возьму на себя.
– Каких детей? – Одними губами спросил я у Крама.
– Да бред это. Местные схики решили поживиться.
А троица медленно приближалась к нам и средний выпустил из рукава продолговатую, свинцовую гирьку на конце тонкой цепочки. Оружие грозное и опасное, если им уметь пользоваться, а судя по уверенным движениям крепыша, он умел им пользоваться и подпускать его на расстояние удара …
– Замри на месте. – Потребовал я. – Мне не нужны ваши жизни, но если вы сейчас же не уйдете …