– Волна говоришь? Ты ее чувствуешь?
– Я могу отстраниться от своих чувств, но люди вокруг не научены такому и инстинктивно сторонятся, отдаляются, нервничают. Ваша злость слишком сильно влияет на людей и постоянно держит их в напряжении.
Его замечание помогло взглянуть на себя со стороны и загнать свою раздражительность в клубок. Клубок свернуть и трансформировать в излишек энергии и направить энергию в брошь для плаща. Конечно, не сравнимо с поступлением от вихря, но это помогло мне успокоиться и по новому посмотреть на происходящее в городе.
– Крам, почему я не видел городского Мастера?
– Хозяин, вы видели его. Тот, худощавый, из кареты.
– Да? А я не почувствовал его как Мастера.
– Вы были раздражены, а тот Мастер перепугался вас до дрожи и заперся в своем доме. Я случайно подслушал один разговор. Та карета, что вы опрокинули молнией, была его личной и защищена от энергетических ударов. Собственно говоря, это был большой амулет, а вы даже не заметили этого, пробив все щиты. Вы убили начальника стражи, на котором было навешано амулетов как блох на собаке. И после этого вы надеялись увидеть городского Мастера? Да он, при упоминании вашего имени готов был упасть в обморок. Сам губернатор ездил к нему домой, что бы зарядить побрякушки для ваших воинов.
– Странно, а я ни чего этого не замечал. И губернатор меня постоянно раздражал своим лебезеньем.
– Не мудрено. – Усмехнулся он. – Вы же своим появлением нарушили всю защиту его особняка.
– Поганый город и поганые в нем жители.
– Хозяин, вам надо научиться контролю над собой.
– Я стараюсь.
– Вы очень изменились после подземелий.
– Ты знаешь, что я был ранен?
– Да. Спет рассказывал о зеленых шипах.
– Почему зеленых?
– Так он говорил. Он когда вытаскивал их из вас, то выдирал вместе с мясом, а мясо вокруг воняло и дымилось. Он мне показывал посеченные пальцы. Вы сами, подумайте. Меня излечили используя одного донора, и то не полностью, а сами оправились после двух и то не до конца. Я же видел вас в замке, после выбросов силы, вас корежило и трясло.
– Много ты видишь. – Немного недовольно упрекнул я.
– Меня тренировали замечать мелочи. Без этого, какой я телохранитель.
– А ты телохранитель? Я думал убийца.
– Хозяин. – На его губах промелькнула ухмылка. – А чем отличается телохранитель от убийцы? Если не знать уловки убийц, как можно охранять хозяина?
– Ты считаешь себя моим телохранителем?
– Не знаю. Ты не принимаешь меня как телохранителя, а без этого … – Он замолчал и отвернул голову в сторону.
– Крам, ты пришел ко мне сам, сам решил остаться, сам взялся меня охранять и сам, без моего приказа заботишься обо мне. Разве тебе этого мало? Зачем тебе официальное назначение телохранителем?
– Так меня учили. Моя жизнь должна принадлежать хозяину. Я как сторожевой пес должен рвать каждого, кто покуситься на жизнь хозяина, а с тобой, я не чувствую себя нужным.
– Это не так. Ты мне нужен как друг, как хранитель, как помощник. Мне Жвига объяснял некоторые правила телохранителей и мне это не понравилось. Мне не нужен бездумный, не думающий и ни чего не решающий цепной пес. Я хочу видеть в тебе помощника, способного принимать самостоятельные решения и поступать как свободный человек, а не как раб.
– Мне трудно вести себя подобно твоему желанию. Мое обучение шло с детства и в меня вбивалась одна задача, охранять хозяина, не жалея ни сил, ни здоровья, ни своей жизни. Главное, сохранить хозяина.
– Я понимаю твои слова и чувства, но все же постарайся быть не верным псом, а верным другом.
– Спасибо Хозяин. Я постараюсь.
– Ты можешь иметь семью?
– Нет Хозяин, но если ты прикажешь, я готов оплодотворить женщину.
– Крам, ты не жеребец, ты человек. Я не хочу тебе приказывать, реши уж этот вопрос сам. Я могу только предложить тебе выбор. Найди себе женщину по нраву и заведи с ней детей или оставайся бобылем до конца своих дней.