– Зачем мне клетка? Может я добрый волк и не кусаюсь.
Девочка задумалась, нахмурилась и потребовала.
– Покажи руку. – Твердо потребовала она и я улыбнувшись, возразил.
– У волков нет рук, только лапы.
– Тогда покажи лапу. – не отступила она.
Пришлось высунуть из-под плаща руку с согнутыми пальцами на манер когтей. Девочка засмеялась, тоже согнула пальцы подражая мне и зарычала.
– Р-р-р-р. Я тоже волк.
– Вот и познакомились. Ты какой волк?
– Я не знаю, а ты какой?
– Я белый. Вон, на моем плаще прыгнувший белый волк.
Девочка нахмурилась и уверенно заявила.
– Мама говорила, что Белый Волк очень злой. А ты не можешь быть Белым Волком и плащ у тебя весь грязный.
– Почему не могу?
– По тому, что ты со мной разговариваешь.
– Каси!! Каси!! – послышался крик с улицы. Девочка вздрогнула и присела прячась за меня.
– Ты Каси?
– Да. Папа ищет меня.
– Тогда беги к нему.
– Не могу.
– Почему?
– Там дядька стоит, он не пускал меня к тебе.
– А как же ты проскочила?
– Он отвернулся, а я тихонько-тихонько прошмыгнула.
– Не возражаешь, если я провожу тебя к папе?
Девочка улыбнулась и кивнула головой. Я встал, и только тогда понял на сколько она мала. Мои руки подхватили девочку, устроили ее на сгибе локтя и я пошел к выходу из сарая. Охранник виновато посмотрел на меня освобождая дорогу и пошел следом за мной.
По двору метались люди и время от времени выкрикивали имя девочки. Одна из женщин остановилась увидев меня с девочкой на руках, прикрыла рот рукой и замерла с растопыренными глазами. Постепенно и другие люди начали замирать, поворачиваясь в мою сторону. Некоторые кланялись, некоторые замирали боясь пошевелиться, но находились и такие, что опускались на колени.
– Чей ребенок? – Спросил я громко.
Женщина, которая первой обратила на меня внимание сглотнула комок в горле, присела растянув в стороны платье, склонила голову и еле слышно сказала.
– Это моя дочь, шрафти. Простите ее …
– Возьми. – Потребовал я не желая выслушивать ее оправдания.
Ребенок сам в испуге перекочевал на руки матери и смотря на меня расширенными глазами спросила.
– Ты волк?
Я улыбнулся только ей, погладил по голове и только ей тихо ответил.
– Не верь никому, я человек.
Не прошло и часа, не смотря на продолжающийся дождь, на постоялом дворе, кроме нас никого не осталось. Я провожал взглядами уезжающих и уходящих людей и подумал. Пусть бегут, нам свободней будет. Значит слава обо мне бежит впереди меня, а больше всего не слава, а досужие сплетни и страхи.
Три дня мы отмывались, чистились и приводили себя в порядок. Ведь отряд Белого Волка должен выглядеть если не устрашающе, то нарядно. Хозяин постоялого двора не знал куда нас усадить и чем угодить. На глаза старался не попадаться, а если где-то и проскальзывал, то кланялся, кланялся и кланялся. Не знаю чего там ему про меня порассказали, но он даже посмотреть на меня боялся и общался только со Степом.
Наш выезд с постоялого двора прошел слишком торжественно. Хозяин выгнал на улицу всех обитателей и вместе с ними кланялся пока мы не покинули постоялый двор. Лично мне это показное уважение было не приятно, но Крам заметил философски.
– Пусть лучше кланяются, чем плюют в спину.
Во время дождя, по своей глупости, мы сошли с торгового тракта и значительно удалились в сторону. И поняли это только в небольшой деревушке, где словоохотливый староста начал рассказывать абсолютно обо всем. Вот и получилось, что мы практически два дня удалялись от торгового тракта, а теперь придется возвращаться в город Бердов и уже от него, мы выйдем опять на торговый тракт. А до Бердова, еще больше дня езды.
Бердов так Бердов, не возвращаться же нам обратно.
Бердов – это старый город разделенный на две половины рекой, обнесенный старой, сотню раз ремонтируемой стеной и в былые времена имел свой порт. А когда Берда – река, достаточно полноводная и проходимая для средних торговых барж, раздвоилась в верховье после обвала и часть воды ушла в другую сторону… Короче, сейчас только рыболовство и мелкие торговые лодчонки.