Утором я проснулся один. Когда ушла ночная посетительница я не заметил, но немой вопрос Крама и ехидное хихиканье Гри, убедили меня, что это мне не приснилось, да и они все слышали. А куда от этого денешься(?), если женщина подо мной характерно постанывала и не милосердно скрипела кровать. Вставая я обоим показал кулак и на этом весь инцидент был исчерпан.
Первой, когда вышел из комнаты я увидел хозяйку, мило улыбнувшуюся мне. Потом появились две взрослые дочери хозяина, озорно сверкнув в сою сторону глазами, обе присели с поклоном головы и призывно улыбнулись. Я растерялся в определении ночной гостьи, но ни одна из женщин не дала повод заподозрить ее. Все трое были стройные, что бы моя рука могла их обнять и достаточно зрелые, мало чем отличающиеся друг от друга. О родственнице хозяина мне не хотелось думать и пока я зависнув, решал кто больше из них подходит… Жена хозяина продолжала хлопотать у печи, изредка бросая в мою сторону взгляды, а дочери крутанувшись по комнате, перебросившись с матерью несколькими репликами ушли во двор заниматься скотиной.
Пока я стоял, зависнув с «разинутым ртом», в комнату вошел хозяин и с поклоном спросил уставившись на меня.
– Вы останетесь еще на одну ночь? – Я дернулся от его вопроса, уж слишком он был созвучен моим мыслям. А не сам ли хозяин инициатор ночного посещения?
– Почему спрашиваешь? – Поинтересовался я.
– Лошадей надо перед поездкой протереть. Если останетесь, то лучше это сделать перед выездом.
От повтора сегодняшней ночи я бы не отказался, но Крам опередил меня, при этом многозначительно улыбнулся.
– Вон, Гри, поможет тебе оседлать лошадей.
– Вы кушайте, – возразил хозяин – у меня есть помощник, зять с утра приехал.
– У тебя обе дочки замужем?
– Да. Старший зять с утра в трактир побежал, харчей вам в дорогу собрать, а младший …
– Вы живете все в одной хате. Почему зятьев от себя не отпускаешь?
– Куда отпускать? – его брови приподнялись.
– Пусть живут своими домами. Дети у дочерей то есть?
– У старшей дочка, а младшие только оженились.
– А еще двое маленьких, твои?
Хозяин самодовольно улыбнулся. Мотнул головой в сторону хозяйки, и пояснил.
– С дуру получились. Хозяйка долго болела. Я повез ее в город, целый золотой заплатил. Тамошний Мастер вылечил. Вот и сподобились на старости лет двоими последышами.
Хозяйка вызывающе грукнула посудой, хозяин глянул на нее, улыбнулся и поворачиваясь к выходу сказал.
– Вы не серчайте, разносолов у нас нет, но голодными в дорогу не поедете.
Покидая дом, я положил на стол две золотых монеты и посмотрел на хозяйку. Не думаю, что она была у меня ночью, но…
На выезде из деревни, к карете подошел хозяин постоялого двора, поклонившись заглянул в окошко кареты и заговорил, обращаясь к верховым рядом.
– Не хочу показаться навязчивым, но не назовете ли имя шифана?
– Тебе зачем? – Строго спросил Крам.
– Сказать не могу, но имя узнать надо.
Крам глянул на меня, я кивнул головой и он назвал.
– Шифан Казар.
– Шифан, и только? – Последовал странный вопрос.
– Говори толком, чего тебе надо?
– Меня просили передать два слова, но я не уверен, что тому ли человеку, вот и спрашиваю имя. Тот человек, который заплатил, называл другое имя.
– Крам? – Произнес Крам. – Казагдарда? Спет?
Хозяин постоялого двора оживился и с интересом осмотрел наш отряд.
– Он сказал, что нужные мне люди знают еще два имени на "Б".
– Борода и Балив. – Прищурившись произнес Крам уже заинтересованно.
– Верно! – Радостно согласился хозяин постоялого двора. Из-под рубахи он вытащил сложенный в несколько слоев лист бумаги и протянул его Краму со словами. – Мне за нее обещан золотой.
– Врешь. – Усмехнулся Крам, но полез за пояс, вытащил монету, забрал протянутый лист и отдал монету.
Бумага перешла в мои руки. Я поспешно развернул и прочел всего несколько слов; " Жду в Грумиксе." Подписи не было, но для меня она и не нужна была. Крам прочитал записку и высказал мою мысль.