Староста стоял на символической черте, где заканчивалась деревня. Почему символическая? Все очень просто. У дороги был вкопан столб, в два обхвата толщиной и на нем, кроме вырезанного стилизованного изображения лица человека, болталась грязная и выцветшая от времени тряпка. Это и была граница деревни. Но что самое интересное, она изменялась каждый раз, когда на краю деревни появлялись новые дома с новыми жильцами.
Но все это не важно. Староста стоял на границе деревни и поклонился при моем приближении, шагов за десять. За ним поклонились остальные, но с дороги не ушли и с выжиданием смотрели на меня. Со спины ко мне приблизился Гри и тихо сказал.
– Пусть говорят первыми.
Странный совет-предупреждение, но я последовал ему и придержал своего коня, с интересом рассматривая встретивших. За старостой, трое совсем стариков, я бы сказал дряхлых, но держались они бодро, не сутулились и взгляды у них были колючими. Так не выглядят дряхлые старцы, у них и взгляд другой, потухший и лиц не хмурые. Эти же смотрели вызывающе, хотя и выглядели ох как далеко не юношами.
Дальше стояли мужчины различных возрастов с настороженными глазами и самый молодой из них чем-то походил на старосту. С уверенностью утверждать о родственных связях не берусь, но тем, как он смотрел, держал голову и статью, он мог напомнить старосту в более молодые годы. Он смотрел на меня набычившись и все время теребил сломанную с дерева веточку. За его спиной стояла женщина, можно сказать девушка, но уже созревшая, уверенная в себе и с откровенной наглостью или самоуверенностью рассматривала меня.
Молчание затягивалось, и играть в долгие гляделки мне совершенно не хотелось. Я понимал, что происходит что-то не понятное для меня и собирался уже сделать отмашку своим и просто отстранить с дороги встречающих, но староста заговорил.
– Просим принять от нас в дар зеленую ветку от нашего дерева.
Это была своеобразное приглашение или разрешение проехать в их деревню, но никак не показатель, что они видят во мне своего Хозяина. Если по большому счету, после такой фразы, после такого приветствия, мне следовало размазать встречающих по дороге, показав всем кто в доме хозяин, но я поступил по другому.
– Я не приму от вас ветку. – Такой отказ мог обозначать, что я собираюсь разорить деревню и наказать жителей за не почтительность и я продолжил. – С сегодняшнего дня ни один житель вашей деревни не должен покидать пределов своей территории. На дорогах я выставлю разъезды и каждого кто посмеет нарушить мой запрет, буду считать бунтовщиком. Не хотите принять моей власти, значит останетесь одни и от случайных посещений моих воинов защищайтесь сами. – Это была не прикрытая угроза.
Ни их возражений, ни их объяснений я не стал слушать, хотя староста и пытался что-то говорить и с последними словами я тронул коня. Наверное сделал это резко, так как конь прыгнул вперед с места и встречающим пришлось шарахнуться в сторону освобождая проезд. Мужская часть встречающих недовольно высказалась, а девушка поджав губы проводила злым, колючим взглядом.
С боку процокали копыта и рядом пристроился Гри.
– Хозяин, они не выживут без долины.
– Мне не понравилась их встреча. – Достаточно громко и вызывающе ответил я, с надеждой что эти слова услышат встречающие.
– Но это обычай, предложить ветку от дерева.
– Обычай? Да, обычай, когда встречают гостя, а не хозяина. А в их деревни я не гость, я Хозяин. Староста очевидно этого не понял или захотел показать свою независимость. Почему среди встречающих была женщина? У них что, в деревне не хватает мужчин? Или это было намеренное оскорбление?