– Твой друг, как всегда играет в тайны.
Шрафти достал из внутреннего кармана перстень, прижал его к бумаге в верхнем левом углу и просто дунул. Даже не читая. По бумаге пробежали мелкие искорки и шрафти глянув на меня, погрузился в чтение. Во время чтения он несколько раз бросал на меня взгляды, потом передал бумагу женщине и спросил меня.
– Вы помните своего отца?
– Не очень хорошо.
– Опишите его. – Это была не просьба, а скорее похоже на требование. Я недовольно вздохнул. Не хватало мне непонятного на дорогах, так и шрафти начал вести себя не обычно. С какой стати, он заинтересовался моим отцом? И как я могу его описать, если сам не очень хорошо его помню, а ко всему еще не уверен, что именно человек, виденный мною в моих видениях мой отец.
– Строгий костюм, белая рубашка …
– Лицо. – Недовольно поправил шрафти.
– Волосы темные. – Я задумался, а темные ли они вообще? Из моих видений, отец запомнился больше одеждой, чем лицом. Я постарался вспомнить последнее видение и продолжил. – Лицо? Лицо продолговатое, вытянутое, щеки впалые и выступающие скулы. Нос, – Мне всегда казалось, что у него длинный нос, как клюв у ворона. За язык, как будто что-то тянуло, сказать "как клюв". – длинный тонкий нос, губы…? Губы нормальные. – Мне вспомнилась его плаксивая улыбка. – Когда улыбался, казалось что он собирается заплакать и я всегда смеялся. Подбородок широкий и как бы раздвоенный … Вы извините … – Я посмотрел на шрафти и замолк. Округлившиеся глаза и напряженная поза, пожилая женщина прикрывала рот ладошкой и готова была расплакаться.
– Шрам был? – Тихо выдавил из себя шрафти.
– Не помню. Это мои детские воспоминания, но мне всегда казалось, что подбородок должен быть прямым, а не раздвоенным.
– Он в детстве ножом поранился. – Прошептала женщина.
– Замолчи! – Потребовал Шрафти и обратился ко мне. – Знаете что в послании?
– Нет.
– Пробовали прочесть?
– Если вы собрались мне устраивать допрос, это лучше сделать в вашем кабинете, а не здесь. – Не сдержался я.
– Не указывайте мне, что, где и когда делать. Здесь, и сейчас, решается жить вам или умереть и от ваших ответов зависит очень многое. Так что, потрудитесь отвечать. – Последние слова были произнесены с нажимом и частично с угрозой.
– Не читал, и не пробовал читать. Меня не интересовало это послание.
Он взял бумагу из рук женщины и протянул мне.
– Ну так, прочтите. – раздраженно предложил он.
– Мне ваши тайны не интересны, мне бы со своими разобраться. – Я даже попытки не сделал взять послание. Шрафти тяжело вздохнул и сказал.
– Тогда я скажу самое главное. Мой друг детства, – его голос загремел на весь зал – утверждает, что вы мой внук.
– Глупость. – Вырвалось у меня с вызовом.
– И я так же думаю …
– Метали. – Совсем тиха произнесла женщина.
– Прекрати. – Так же тихо потребовал он и обратился ко мне. – Кто ваша мать?
– Я очень плохо помню мать и отца и сам не прочь узнать о них как можно больше.
– Как вы познакомились с моим другом?
– Если вы имеете в виду человека, передавшего вам это послание, то я с ним не знаком и могу сразу добавить, имени его тоже не знаю. В столице я оказал ему услугу, он ответил тем же. Не думаю, что это можно назвать знакомством.
– На него похоже. – Задумчиво произнес шрафти. – Передайте мне послание императора.
– Эта грамота написана лично для меня. Не думаю, что она будет вам интересна.
– И все же, я хочу взглянуть. – Настаивал он. Ну, если так хочется? Можешь и посмотреть. Грамоту императора мне сунул в руку Крам, а я передал ее шрафти. Он не разворачивая, проверил печати на золотых ленточках и удовлетворенно кивнул. Не спеша развернул, пробежал глазами написанное и усмехнулся.
– И где вы планировали получить земли?
– Получить? – Возмутился я. – Не от вас ли? В грамоте написано занять, а не получить.
– Значит занять!? – Зло переспросил он и начал приподниматься на троне. Его губы слегка скривились …
– Метали. – Очень тихо и настойчиво позвала или одернула его женщина. Он скривился еще больше, но успокоился, шумно выдохнул и пустился на сиденье.