– Он не говорил, но думаю Мартиг.
– Мартиг? – Переспросил я, услышав новое имя.
– Да, я так думаю.
– Кто такой Мартиг?
– Шрафти Мантигорм Он-Ди Кональд.
– Замолчи. – Потребовал Мастер сквозь зубы.
– Он-Ди, это центральная ветвь Белых Волков, правильно?
Хозяин поместья кивнул головой и с опаской покосился на Мастера.
– Кем он приходится шрафти Метале Вети?
– Двоюродным внуком со стороны брата отца.
– И кто его отец и дедушка?
– Заткнись, сволочь. – Процедил Мастер, пытаясь вырвать из камня свою ладонь.
Хозяин поместья затравленно посмотрел на меня. С моей руки сорвалась молния и выжгла Мастеру грудь. Не приглядное зрелище, но я в этом поместье для проведения операции устрашения, и все, что увидят эти люди, они разнесут по округе, и, надеюсь, некоторые задумаются, а стоит ли платить такую цену за попытку моего убийства. Я насмешливо посмотрел на мужчину и спросил.
– Так лучше?
Он кивнул головой и назвал имя.
– Дед совсем старый. Отец – шрафти Гразорд.
– И он племянник шрафти Метале Вети. – Добавил я.
– Нет, двоюродный брат, но стать главой рода он не может. Вы это хотели узнать? Его дед, младший из братьев.
– Значит: осталось двое и мне всего лишь надо выбрать из них.
– Трое. – Поправила меня женщина. – Всего братьев было пятеро.
– Пусть будет трое. – Согласился я, не особо расстроившись. По мне, что двое, что трое, разницы никакой. Я не совсем дурак и прекрасно понимаю, что заказчиком на мою охоту может быть не обязательно один из троих братьев. С этой их родословной, не все так просто и очевидно. – У этого вещи есть? – Кивком головы указав на мертвого Мастера.
– Было два помощника. Их лошади в конюшне, вещи в комнате.
Мой взгляд уперся в Жвига.
– Возьми женщину и несколько слуг. Все вещи погрузить на одну из подвод. – Хозяин поместья посмотрел на меня затравленно, а я с кривой миной предупредил. – Я не буду тебя убивать, надо же кому-то рассказать о моей мести за нападение. Ты не стесняйся, рассказывай всем, особенно про этого. – Я, не глядя, кивнул на мертвого Мастера. – А если удастся, передавай привет Шафиру Мартигу и его отцу. Предупреди кого сможешь, за нападение буду выжигать поместья, не щадя никого. Пока мои люди будут проверять твою оружейную, ты можешь взять что-нибудь из дома. – Не выискивая кого-либо конкретно, я выкрикнул распоряжение. – Всех из поместья выгнать!!
От поместья остались одни развалины и часть уцелевшей стены. Мы уходили верхами, ведя в поводу еще три запасные лошади и одну, груженную верхом повозку. Вещей у Мастера было не особенно много, в основном загрузили из оружейной комнаты и из дома, что понравилось.
Мало было своего барахла, так Балив на пару с Бородой забили один фургон чужим. Они явно дополняли один другого. Я, издеваясь над их жадностью, посоветовал прихватить еще несколько повозок из поместья, но они, переглянувшись, отказались.
Глава 13
Небольшой городок, но, по местным меркам, чуть ли не торговый центр всего края, принял нас почти как родных. Если не считать пошлины на въезд, как с купцов, и жадных взглядов стражников в спину. Купеческая пошлина натолкнула меня на интересную мысль, а почему бы нам на время не затеряться между купцами, которых по дорогам шастает не счесть. Мыслью я поделился с Баливом, когда мы заселялись в гостиницу под странным названием "Гнилушка Бруза".
Как гордо заявил хозяин гостиницы, пригласивший купца, т.е. меня, на собеседование, "Гнилушкой" называлась его родная деревня, а Бруз – это был его личный конь, на котором он приехал в город. Так что, можно сказать, заведение названо в честь его родины. Мне, конечно, без разницы, как называлась это гостиница, но, будь выбор, я бы поселился в другой, с более благозвучным названием.
В результате собеседования, мы продали все, что было лишним или малоценным для нас, и прикупили настоящую купеческую клесу. Клеса – это тот же фургон, но раза в два больше, соответственно вместительней, и под четверку лошадей. Лошади использовались особые, не торопливые, мощные и очень выносливые, не чета нашим, под седлами. Что бы разогнать их до бега, нужно очень хорошо постараться, но и остановить тоже не просто. За счет большой массы лошадей и самой клесы, купцы частенько использовали их вместо тарана, если на дорогу не выкладывали лесину.