– Да, Хозяин. Надо выбираться отсюда, а этот совсем застрял. Я пробовал его вытолкнуть …
Думать или говорить совсем не хотелось, но свет и присутствие человека заставляло не терять концентрации и не свалиться в очередное беспамятство. Я посмотрел на слабый свет и спросил.
– Живой?
– Я, Хозяин? – Удивился Спет и недоуменно протянул. – Живо-ой.
– Не ты, тот в дыре.
– Нет, тот сдох сразу, как я на него наступил.
– Плохо. Ты подтащи меня к дыре.
– Так рядом. – Изумился он. – Рядом мы с дырой. Ты руку протяни, и дыра будет.
Я с трудом повернул голову в сторону, куда он указал, и увидел торчащую из дыры в стене голову и вытянутую руку. Безразлично посмотрел на мертвеца и посоветовал.
– Толкни его обратно.
– Пробовал, Хозяин, не получается. Мне руку порезали …
– Ногой толкни. – Не стал я дослушивать его объяснения.
– И ногой не получается. Чем я только его не толкал, и ногой, и коленом, уперся и ни в какую.
– Ты вот что, особо меня не дергай, помоги ближе перебраться к дыре.
Легко сказать, перебраться и не дергай. На деле оказалось намного хуже, чем представлял. При малейшем движении боль стеганула вдоль позвоночника, пришлось сжать зубы, чтобы не стонать. Сознание не до конца померкло, но соображал я плохо. Спет ухватил меня за штаны на поясе и подтащил ближе к дыре. Минуту … пять … или целый час я приходил в себя, стараясь притерпеться к боли. Потом с надеждой коснулся торчащей головы из стены и обреченно подумал: – "Сдох". Самый настоящий труп без капли жизненной энергии. Медленно переместил руку с головы на стену и предупредил Спета.
– Я постараюсь расширить дыру, а ты не жди, пока я приду в себя. Осторожно обследуй подвал. – Я не стал дожидаться его возражения или одобрения, потянулся к камню и на грани черноты дал установку на расширение имеющейся дыры.
Очередное мое возвращение в сознание ознаменовалось двумя голосами. О чем говорили, сразу не разобрал из-за шума и звенящего зуда в голове, а через мгновение надо мной нависло еще одно чудовище. Если б было куда, я бы отшатнулся, но чудовище довольно ухмыльнулось и сообщило.
– Очухался, бери его и потащили отсюда.
Лучше бы они это сделали, когда я был без сознания. Тащили меня на животе, но от этого было не лучше. Дергали за руки, шевелили из стороны в сторону, и боль периодически погружала меня в черноту, и она же выводила из нее. В очередное просветление я простонал: "Хватит", но меня не услышали или сделали вид, что не услышали. Я успел увидеть дверь, и меня положили на что-то мягкое. Незнакомый голос надо мной произнес.
– Смотри, у него вся спина изуродована.
Меня поразила резкая боль, и сознание начало погружаться в темноту. Я еще успел разобрать: "А это что?" …
Не открывая глаз, я различил мерцание света. Мой светлячок не мерцает и не отбрасывает блики. Значит, зажгли факел, а если факел … В моей голове промелькнула картинка: толпа людей с мечами и ножами. Я постарался не издать ни единого звука и покрепче зажмурить глаза. Прислушался. Где-то далеко, как на конце света звучали голоса, но ожидаемого лязга железа или шума от толпы людей я не услышал. Меня немного отпустило напряжение, и я решился открыть глаза.
Факел действительно был, закрепленный в специальном кольце на стене. Он освещал крохотную каморку с лежаком, на котором я лежал, и крохотным столом. На полу, перед глазами была свалена куча цепей. "Кандалы" – мелькнула мысль. Неприятное, режущее слух слово. Я смотрел на цепи и старался понять, почему оковы я назвал кандалами, и откуда вообще всплыло это слово. По сути верное, но незнакомое и непривычное.
Голоса приближались, и один недовольный что-то выговаривал другому. Другой тихо возражал, но возражал уверенно и немного зло. Пламя от факела моргнуло, и в каморку вошли. Я не шевелился, и хотя я не мог их увидеть, прикрыл глаза.
– Иди проверь. – Почти потребовал незнакомый голос. Моей шеи коснулись.