– На этом уровне тоже имеется склад. Что в нем?
– Большей частью продукты. Корнеплоды, соления … Здесь имеется ледник, там хранится свежее мясо.
– Там, внизу тоже есть ледник?
– Там нет. Там он ни к чему. Там и так холодно.
Это точно. В камерах было холодно до дрожи. Хотя это мог быть и озноб, не носил же Шварц шубы. Внизу, во втором подвале тоже мог быть вход в подземный ход. Если этот не нашел, то мы будем искать долго. Надо выбираться по-другому.
– Десятник! – Позвал я. – Забирай своих. Зайдите в караулку и запритесь. Если хотите выжить, наверх не лезьте. В конце коридора хлопнула дверь, и я услышал, как со спины подошел Крам. Не поворачиваясь, спросил.
– Все слышал?
– Что теперь? – Хороший вопрос, на который я тоже хотел знать ответ.
– Глупая затея с подземным ходом, только время потеряли.
– А этот, в конце коридора?
– Глупости это. Скорее всего ловушка для простаков. Это не тайный ход, о котором все знают. Лично я поостерегусь туда лезть.
– Что с этими делать будем?
– Запрем там. Пусть посидят, остынут. Дверь открывается вовнутрь, значит выломать будет трудно. Пусть рубят мечами. До вечера могут управиться.
Полотно двери легко срослось с косяком в камне, надежно заперев металлические запоры, я усмехнулся, отходя от двери.
– Теперь пусть рубят. – Немного злорадно пожелал я.
Наверху перед выходом нас никто не ждал и не спрашивал пароль на выход. Задвижка легко ушла в сторону, и нам в глаза ударил дневной свет. Спет оказался прав, здесь уже день. Стоять перед выходом было подозрительно и не имело смысла, и проморгавшись, мы направились в казарму.
Куда еще мог пойти служака после дежурства? В казарме никого не было. Да и кому там быть? Один десяток весь в подвале, а второй на стенах.
В казарме сразу за широкой входной дверью огромный вытянутый зал, дальше за двумя арками с колонной посредине, вторая половина. В первой половине зала стояли пустые пирамиды под оружие, тренировочные приспособления, щиты, чучела … и пустое пространство посредине. Дальше, через арки, виднелись длинные столы и лавки. В первой половине зала вдоль стен шли ряды дверей. Некоторые из них были закрыты, но большинство открыто или полуоткрыто. Через открытую дверь внутри были видны лежаки в два яруса.
Я заскочил в одну из крайних комнат. Вдоль стен по сторонам от входа – деревянные сплошные лежаки с тощими соломенными мешками. Вместо подушек, скорее всего, использовались личные вещевые мешки, но сейчас их не было. Всего я насчитал тридцать мешков с соломой, а в конце комнаты виднелась пустая оружейная пирамида и еще одна дверь за стеллажами. Я вышел из комнаты, почти в конце зала подавал знаки Крам.
Он обнаружил комнату с тремя спящими, теперь уже с мертвыми вояками. В этой комнате нашлись несколько мечей, сложенных в специальный ящик у стены, один самострел, слишком тяжелый, чтобы таскать его с собой, и на мою радость лук. Его состояние желало быть лучшим, но я и такому был рад. Всего четыре стрелы лежали рядом с ним, но колчана нигде я не увидел. Мечи, как и лук, были не самого лучшего качества, и я предположил, что это тренировочное оружие десятка, живущего в этой комнате.
Спет ковырялся в замке закрытой двери. Я почти грубо отодвинул его в сторону и буквально через секунду замок упал на пол с характерным стуком.
– Крам, посмотри за выходом. – Попросил я и за Спетом вошел в дополнительную комнату. Это был своеобразный склад, оружейка, десятка живущего в этой комнате. В конце продолговатой комнаты узкое окно, забранное железной решеткой. В голове мелькнула мысль: "Если здесь запрут, то будет тяжелей выбраться, чем из подвала. Даже с наличием оружия." Вдоль стен стеллажи до потолка с различным оружием и вещами. Я увидел колчан со стрелами и сразу же ухватил его. Шесть луков без натянутой тетивы стояли в специальной стойке под окном. Один из них мне приглянулся изгибами, но взять я его не успел. Крам условленным сигналом сообщил от входа о приближении чужих. Когда я выглянул, он показал четыре пальца. Выбежать мы не успевали, а спрятаться в комнате просто было негде. Крам метнулся к самому краю настила и с ходу прыгнул на мешок, поджав ноги, притворился спящим. Я и Спет вышли из оружейки и встали спинами к выходу перед окном.