Тех из охраны системы, кому удалили сети, спускали на ботах на планету, а оттуда поднимали пленных республиканцев. Солдаты в бронескафах, управляя парочкой боевых дроидов, легко захватывали поселения, освобождая рабов и уничтожая аборигенов при любом сопротивлении.
Тела с обоих средних крейсеров доставили на станцию, где было семь операционных капсул: две работали по извлечению, пять – по установкам. Когда медиков прибавилось, запустили и операционные капсулы на крейсерах. Прежде всего сетями усиливали пилотов: кто-то же должен увести отсюда корабли с людьми. Командование принял один из полковников, которому тоже поставили сеть.
Таким образом, все корабли приняли, и постепенно они обзавелись командами. Власть на планете поменялась: теперь гнобили аборигенов, а наши скинули ярмо рабов и наложниц и, заселившись в дома, ожидали эвакуации. Бывшие рабы серьёзно проредили аборигенов: как доложил мне искин СБ, две трети точно уничтожили, а это почти семь с половиной миллионов человек.
Чуть позже мы встретили контейнеровоз и захватили его: к тому времени у нас уже был взвод солдат при бронескафах. Потом взяли и тюремный транспорт, освободив пять тысяч наших, тоже из флотских.
Вот тут и начинались проблемы. Республиканцев на планете несколько сот тысяч, и нет возможности вывезти всех. Полковник на мои судно и станцию не претендовал. Он просто отправил два корвета в сторону территорий республики в надежде, что оттуда пришлют помощь и суда для вывоза людей.
Это ещё не всё. По моему совету он сформировал две боевые корабельные группы. В каждую вошло по лёгкому крейсеру и по два малых боевых корабля. Их задача – поработать на транспортных коммуникациях директората, захватывая гражданские суда и приводя их сюда. Мы включим их в состав каравана, что будет вывозить наших.
Станцию я сворачивал месяц, и это ещё быстро, если учесть, что на станции был всего один убитый комплекс инженерных дроидов и два технических. С трудом, но всё уместилось в трюмах. Все контейнеры, которые можно навесить на обшивке, я забил пищевыми картриджами, остаток забрали освобождённые. Я отдал им все хирургические капсулы, их разместили на средних крейсерах. Врачей прибавилось, и уже шести сотням человек установили сети, многим из них я поставил метки.
За этот месяц боевые группы неплохо поработали и привели девять судов, из них семь средних, включая один лайнер, на который отправили весь женский пол из республиканцев, и одно большое. По прикидкам уже половину народу вывезти можно, и всё благодаря большому судну: оно могло взять пятьдесят тысяч человек, благодаря тому что в трюмах имелась система жизнеобеспечения. Без комфорта полетят, но вывезти можно.
Пора было прощаться. Я ожидал, что меня могут остановить, но нет, мне дали спокойно улететь. Одновременно со мной ушёл и караван судов в сопровождении одного среднего крейсера и трёх малых кораблей. Небольшая охрана, да, но нужно вывести хотя бы половину, иначе сгинут все, если директорат, разобравшись, что происходит, перекинет сюда флотские силы.
Всех пленных, у кого не успели изъять сети, с моей станции спустили на планету, в одно из больших поселений, и держали там взаперти. Установив в одном из зданий шесть капсул – две хирургические, а остальные лечебные, – убирали маркеры из тел и снимали сети у пленных, накапливая запасы. Что дальше, не знаю, но развернулись наши хорошо, молодцы.
А я спокойно долетел до границы, где уже действовали глушилки гипера, на разгонных пересёк её (пограничники так и не прилетели) и, разогнавшись, снова ушёл в гиперпрыжок. Сделал два промежуточных выхода и спустя двенадцать дней после отлёта с Гетто вышел на окраине нужной системы империи Аббан.
Пока я по выделенному диспетчером маршруту полз от границ системы к месту парковки, с помощью оборудования связи судна выложил открытые лоты на торговых площадках системы. Особо отметил, что оплату предпочитаю в обезличенных банковских чипах Главного банка Содружества. Уже через десять минут на лот наложили бронь военные империи. Ну да, оборудование седьмого поколения, а им только военные пользуются, открытая продажа запрещена. Я подтвердил бронь.
Маршрут мне изменили и направили к дальней флотской базе. Там уже ожидали представители флота, и к шлюзовой судна сразу подлетел бот. Флотские жадно смотрели на мой бронескаф восьмого поколения. Забрало Забрало было затемнено, но изучили меня очень придирчиво.