– Прекрасно, – сказал я тонким детским голоском. – Опять меня омолодило. Сколько мне, лет десять?
Магия не ощущалась, попытка призвать слуг тоже не удалась. Ну ничего, не так всё страшно, как я думал.
Кстати, измерение отца Олии я оставил в том мире: о нём многие знали, спецслужбы империи Гало в магический мир шастали только так, даже посольство там открыли. Но как запасной аэродром оно мне ещё пригодится.
А вот свою долину я прихватил с собой, перетащив туда всю библиотеку отца Олии. Да, оказывается, это возможно. Напомню, что эти измерения привязываются к чему-то. Я привязал их к своей душе, к третьей оболочке: её бог точно не затронет.
Это сработало, и сейчас измерение должно быть со мной. Как только я верну магию, смогу пользоваться им. Всё объясняется просто: пока измерение привязано к душе, я не могу им пользоваться, но будучи магом, достаточно временно перекинуть привязку на что-то другое – и пользуйся.
Так что отныне в любом мире при мне будет моя долина с замком, всеми лабораториями и запасами. Я считаю, это круто, круче даже, чем Щель. Тем более, её теперь снова нужно с нуля качать.
С возвращением сознания я чувствовал, что мой разум ничто не связывает и мыслю я легко и без проблем, а не как ранее. То есть я снова стал обычным человеком и был очень рад этому. А теперь нужно понять, что я и где я.
Я был обнажён и лежал на влажной листве, в кожу впивались мелкие ветки, ползали насекомые. Осмотревшись, я увидел рядом два хрустальных шара. Вот чёрт! Портал, который я выкупил у Олии, уничтожен. Это, видимо, последний привет от бога, который снял с меня могущество божка. Схватить меня не смог, но успел дать пинка, вот портал и не выдержал.
Теперь понятно, отчего тело сплошной синяк и почему наступило омоложение – структуры плетений совместились. Ещё хорошо, что жив остался, мог бы вообще в фарш превратиться, так что легко отделался. И то, что омолодился, тоже фигня: не в первый раз, вырасту.
Я с трудом встал, ткнувшись темечком в мягкую лиану, которая, щекоча, скользнула по моей шее, и продолжил изучать себя. Ну да, тело вроде моё, все родинки на месте. Вот ещё бы найти что-нибудь, в чём можно увидеть своё отражение, и взглянуть на лицо.
Шатаясь, я сделал первые шаги, меня мотало от слабости. Но с каждой минутой тело слушалось всё лучше и лучше, я словно осваивал его заново. Вскоре я вышел к лесной речке, в которой смог изучить своё отражение. Ну да, я и есть, омоложённый и фиолетовый от синяков. Неудивительно, что передвигаюсь с трудом.
В руке я нёс оба хрустальных шара: выкинуть было жалко, а если встречу аборигенов, глядишь, продам. Никакой магической ценности они не имели, но были красивы, и возможно, я смогу выручить за них одежду и еду. Понять бы ещё, куда меня забросило? Что это за ветка и что за мир?
Следов опасных животных я не приметил, а следопыт я хороший. Мелкая живность тут была, но для меня не опасная. Насчёт реки я сомневался и боялся в неё лезть: может, какие местные пираньи водятся? Внимательно поглядывая вокруг, черпал ладошками воду и обмывал себя. В конце концов всё же не вытерпел и залез в воду с головой, но лежал у самого берега, готовый выпрыгнуть при малейшей опасности. Ох, как было хорошо! Прохладная вода остужала тело, глядишь, и синяки быстрее сойдут.
Меня беспокоило то, что местность вокруг была дикая, без малейшего следа присутствия человека. Нужно искать аборигенов, потому что выжить одному сложно. Я не говорю, что невозможно, но сложно.
Так, вода есть, насчёт пищи я что-нибудь придумаю. Судя по деревьям, я оказался в южной полосе. Вокруг джунгли: сплетения лиан и деревья, уходящие в небо на высоту сотни метров. Внизу темно, как ночью, хотя наверху ярко светит солнце. Хорошо, что не север с тундрой и тайгой. Выжить можно, даже с некоторым комфортом. Деревья, пусть и незнакомые, были с плодами. Птицы вон клюют, значит, и я смогу.
И то, что я обнажён, не так уж важно – тепло. Была бы магия, вообще бы проблем не было. А без магии приходится думать головой и работать руками и ногами. Думать головой… Как же я мечтал об этом – о светлом, ничем не замутнённом разуме. Я счастлив. Бог съел восьмую оболочку моей души, я больше в этом не сомневался.
Я лежал, погрузившись в воду, опираясь затылком о корень на берегу и изредка шевеля ногами и руками, и изучал небо над головой. Листва деревьев почти полностью закрывала его, но дул ветерок, и время от времени в листве появлялись окна. И вот в одно из них я рассмотрел в небе инверсионный след. А это уже кое-что: значит, местная цивилизация имеет высокие технологии, и это радует.