Ещё у меня был небольшой дроид со встроенным сверхмалым синтезатором, способный заряжать магазины для обоих бластеров, а также создавать иглы и снаряжать их в магазины игольника. Так что с боеприпасами проблем не будет. На ремне у меня висел длинный нож космодесантника: мало ли, вдруг здесь те, у кого ножа нет, рабами считаются. Миры бывают разные, а где я оказался, не знаю. Вот чую, что подлянка меня ждёт.
Чуйка не подвела. Меня заметили уже на подходе, детишки сопровождали со стороны, но агрессии не проявляли, смотрели издалека. Да, судя по одеждам и домам, тут глухое средневековье.
Я вышел на деревенскую площадь, возле которой стояли деревянный храм, десятка три небольших домов и около сотни хозпостроек. На площади я обнаружил вкопанный в землю столб, сильно обогревший, а у его подножия – костяк в углях. Свежий костяк. Стало ясно, что тут кого-то заживо сожгли, причём, судя по размеру костей, это был подросток или ребёнок.
Ко мне направлялись трое, один из них – седобородый старик с колючим взглядом, в какой-то хламиде вроде рясы. Я приготовился, положив руку на рукоятку бластера, который находился у меня в открытой кобуре. Кажется, магам тут не рады. Готов поспорить, что сожжённый бедолага (если это парень) был магом. Чёртов демон! Всё было гораздо хуже, чем я предполагал.
Подошедший старик что-то резко спросил у меня. Переводчик пока настраивался, поэтому ответить сразу я не смог. Я знал больше десятка языков, но этот мне был незнаком. Неудивительно, тут столько наречий в разных мирах и ветках – миллионы. А язык у них грубый, рычащий. О, понял, на корейский похож.
Они видели перед собой мальчишку (хотя я-то себя считал уже состоявшимся подростком) и не опасались. Со стариком были двое. Один – усач с властным лицом, такие обычно бывают у представителей власти. Наверное, это староста деревни. Второй – бугай, кулаки – что моя голова. От него несло калёным железом. Похоже, кузнец. Одет он был непритязательно, явно только-только снял фартук.
Как я понял, ко мне вышли три представителя местной власти: священник, староста и кузнец. Последний представлял народ и заодно осуществлял силовую поддержку. Меня не опасались, в их глазах я видел лёгкий интерес и предубеждение, не более.
Старик начал лающе задавать всё больше вопросов. Переводчик работал, анализируя. Тон старика тем временем становился всё более угрожающим. Я лишь молча слушал и чуть улыбался.
Когда кузнец сделал шаг и попытался схватить меня за плечо, я отпрыгнул. Он тут же рванулся ко мне, двигаясь на удивление проворно. Похоже, он ещё и воином был, чувствуется закалка. Вот я и решил проверить, кто кого, не зря же я посещал боевой тренажёр, когда вернулся на Альберу.
Я подпрыгнул, используя в качестве подставки колено кузнеца, перекувырнулся через его голову и, оказавшись за его спиной, пробил по почкам и печени. Тихо всхлипнув, кузнец рухнул на землю – аж сотрясение вызвал, и пыль поднялась. Ну, чуть преувеличил, да.
Кузнец, свернувшись в калачик, пытался отдышаться, а двое других смотрели на него большими глазами. Когда я начал медленно доставать нож, они посмотрели на меня, переглянулись и рванули прочь, как и полсотни зрителей, наблюдавших за нами со стороны. Старик, убегая, что-то орал, явно нехорошее.
Я мельком взглянул на кузнеца – ему ещё минут двадцать лежать, отходить от удара – и прогулочным шагом направился к храму. Хочу его изучить. Пока шёл, посмотрел на экран коммуникатора, который работал с переводчиком, выдав ему часть своих мощностей для ускорения работы. К сожалению, информации было мало, нужно больше общаться с местными, пополняя разговорную базу, тогда переводчик уже через сутки будет болтать не хуже местных. Осталось найти добровольцев. Да вон хоть кузнеца, если не сбежит, пока я храм изучаю.
А старик, кстати, сюда, в храм, побежал. Сняв с ремня сканер, я на подходе просветил постройку. Сканер брал сто метров – маломощная модель, зато лёгкая и места мало занимает. На галоэкране коммуникатора, на который выводились результаты работы сканера, я ясно увидел, как старик выскакивает из здания через чёрный вход, а в одном из помещений гаснут тела двоих. И по размерам эти двое даже не подростки – дети.
Я тут же рванул внутрь, выбив дверь одним ударом ноги. Ногу отшиб, да, но дверь, хрустнув сломанным запором, распахнулась, и я рванул к нужному помещению, на ходу доставая армейские аптечки.
Так и есть, храм, какому-то божку молятся. А может, и богу. Алтаря нет, но слишком много сил тут разлито, даже я чувствую, хотя и не маг, точнее не инициированный.