— Я знал братьев Каваль, — сказал Гуннар. — Не очень близко, но знал. У них были незначительные недостатки, создающие им проблемы, из-за чего могли начинаться драки.
— Импульсивность? — спросила я, и Гуннар кивнул.
— Я не в курсе, привлечены ли они к чему-то необычному. Но опять же, скорее всего, вряд ли кто-то стал бы меня извещать. Это касается командования их подразделения. Мне надо отправить кого-нибудь в бараки, — сказал он сам себе. — Взять Лоренцо, узнать, что ему известно.
Он обдумывал это какое-то время, потом посмотрел на Малахи.
— Полагаю, у тебя есть связь с Пара из Вашери?
Он кивнул.
— Врач по вызову, он упоминал, что все еще находится там, помогает чем может.
— Хорошо, — произнес Гуннар, затем провел рукой по волосам. — Как только я уеду отсюда, то позабочусь о медиках из других учреждений. — Он посмотрел на Малахи. — И позабочусь о том, что это не будет использовано им во вред. Они сделали очень, черт возьми, многое, чтобы заслужить этот маленький кусочек свободы.
— Я согласен и ценю это.
Гуннар ходил по церкви туда и обратно, смотря в пол, нахмуря брови, словно обдумывая свои шаги.
— Мне нужно поговорить с Комендантом, — сказал он, снова подходя к нам. — О прекращении инъекций, о прекращении проекта, который противоречит такому количеству законов и международных договоров, что мне и часа не хватит, чтобы все их перечислить.
— Не говоря уже о том, что это неправильно в принципе. — В голосе Малахи послышалась злость.
Не один Малахи был взбешен.
— Я не говорю, что это не так, — сказал Гуннар. — Я говорю, что это незаконно. В моей организации именно это имеет значение.
— Когда вам это выгодно.
Гуннар шагнул к нему.
— Мы встали между армиями, пришедшими из вашего мира, чтобы уничтожить наш. Идеальны ли мы? Нет. Делали ли мы все возможное, чтобы сохранить мир в этом мире? Чтобы спасти то, что могли? Да.
— Я не собираюсь стоять над телами еще большего числа погибших.
— Эй, — произнесла я и встала между ними. — Вы оба, остыньте. Ситуация полный отстой, и может стать еще хуже из-за нескольких причин одновременно. Это не чертовы соревнования.
Они смотрели друг на друга еще одну долгую минуту, прежде чем снова разойтись.
— Если нити тянутся из Вашингтона, это будет сложно.
— Он не сможет просто отсидеться, — сказала я. — Он не может ничего не сделать.
— Я не говорил, что он не будет действовать, — ответил Гуннар. — Но есть субординация. Это военные, и это часть их правил игры. Если мы хотим, чтобы он обошел эту систему, нам нужно предоставить чертовски убедительное дело. Вернее мне. Потому что это моя работа.
— Упоминание имени Элеоноры может помочь добиться прогресса в Вашингтоне, — сказал Лиам, взглянув на Гуннара. — У нее хорошие связи, и она будет на нашей стороне. Можешь использовать это, как посчитаешь нужным.
— Я это ценю, — произнес Гуннар с выражением, которое не поддавалось словам. — Нам понадобится вся помощь, которую мы можем получить.
Глава 18
Мы оставались в церкви и ждали новостей о том, что Комендант сможет или будет делать, чтобы остановить этот кошмар.
Мы сидели на полу, где когда-то были скамьи. Малахи, Эрида, Лиам и я. Лиам вытащил бутылки с водой из тайника под полом и передал нам. Мы спокойно ждали, обсуждая то, что узнали о проекте и что мы еще не знаем.
Я первая услышал гул, звук двигателя в нескольких кварталах от нас. Затем в тишине раздались слова, которые сложно было разобрать.
— Что это? — спросила Эрида.
Мы встали и двинулись в фойе, выглянув в витраж, чтобы рассмотреть, что происходит снаружи.
Это была машина Сдерживающих, тяжелый грузовик с покрытой брезентом кабиной. Скорее всего, это был бронетранспортер. В кузове грузовика стоял мужчина с мегафоном в руке.
— Внимание! Сдерживающими объявлена награда за Лиама Куинна, Клэр Конноли, Гэвина Куинна. Если вы владеете информацией о данных лицах, пожалуйста, свяжитесь с агентом Сдерживающих или старшим вашего блока. Внимание, Сдерживающие объявили…
Грузовик с грохотом проехал мимо нас, а его пассажиры даже и предположить не могли, что прямо сейчас проехали мимо двух из трех беглецов, которых они так хотели найти.
— Кто-то испугался, — сказал Малахи, оглядываясь на нас. — Они недостаточно защищены, или этот проект не так далеко зашел, поэтому они думают, что их может постигнуть неудача. Они боятся, что вы сможете их остановить.
— Хорошо, — произнесла я. — Потому что мы их остановим.
«Нам только надо оставаться на свободе как можно дольше, чтобы это сделать».