— Пошли. Быстро, — скомандовал чей-то низкий голос. Темноволосый парень. Мне не нужно было повторять дважды. Я развернулась и побежала, не отпуская его руки. Наши шаги эхом отдавались по полу из бело-розового мрамора. Парень рывком распахнул серебряную дверь, мы выскочили на улицу и помчались вниз по белым ступеням, а потом по дорожке, пересекавшей широкую площадку. За спиной я услышала голос проповедника, гремевший в микрофон:
— Эту девушку надо остановить! Она — зло! Она хочет уничтожить ангелов! По приказу ангелов уничтожьте ее сейчас, пока она не успела им навредить!
— Боже, что это, что происходит?! — задыхаясь, выпалила я.
Когда мы почти добежали до конца площадки, я оглянулась и едва не закричала. Ангел снова принял форму сияющего существа и летел прямо за нами, сверкая своими крыльями. Темноволосый парень резко развернулся. Сунув руку под футболку, он выхватил пистолет. Ангел испустил вопль ярости и ринулся прямо на меня.
И тогда… тогда я не знаю, что произошло.
Страх вдруг покинул меня. Я будто выросла, увеличилась во много раз. Я внезапно оказалась в воздухе, и у меня были крылья — огромные великолепные крылья, сияющие белизной, как чистый снег на солнце. Я чувствовала, как их овевает осенний ветерок, и парила в воздухе, как бы защищая свою оставшуюся внизу земную оболочку с ее хрупкой аурой. Я хладнокровно посмотрела в глаза приближающемуся ангелу.
Он отшатнулся, пораженный, и в этот самый момент я услышала звук выстрела. Нимб ангела вдруг заколебался, поблек, а потом ангел просто исчез, разлетелся на миллион сверкающих искр.
— Скорее! — крикнул темноволосый парень, снова хватая меня за руку. Внезапно я опять оказалась в своем теле и со всех ног помчалась рядом с парнем через парковочную площадку. Что сейчас произошло? Все случилось очень быстро — толпа преследователей только начала спускаться вниз по лестнице. За спиной я слышала крики, полные гнева:
— Это она!
— Хватай ее, пока она не причинила ангелам зла!
— Вон, смотрите, она там!
Мы уже миновали половину площадки, когда я вдруг споткнулась, оглядываясь назад. «Нина, какая же это была паршивая идея!» — пронеслось в моей голове. Мужчина, бегущий как профессиональный футболист, вырвался вперед из толпы преследователей: он был уже на парковке и мчался нам наперерез к серебристому фургону. Он распахнул дверь машины.
Темноволосый парень с силой сжал мою руку.
— Беги быстрее, если хочешь жить!
Я развернулась и понеслась со всех ног, прижимая к груди сумку и изо всех сил пытаясь не отставать. Мы промчались мимо моей машины, и я потянула парня за руку, задыхаясь:
— Подожди! Это моя…
Он никак не отреагировал. Мы подбежали к черному «порше», и парень открыл машину.
— Внутрь, быстро!
— Но… — Я в растерянности обернулась к собственной машине и увидела, что толпа уже заполонила парковку: люди мчались прямо к нам, крича и ругаясь. Я чувствовала, как их ненависть катится на меня, словно огромная волна. Мужчина в фургоне значительно опередил остальных: он был уже так близко, что я почти различала его лицо.
У него в руках было ружье.
Мужчина увидел, что я смотрю на него, остановился и навел на меня прицел. Солнечные лучи засверкали на черном металле оружия. Меня будто парализовало. Я стояла на месте, не шевелясь: мой мозг отказывался верить в происходящее. Такого просто не могло случиться со мной.
— Быстро в машину! — заорал темноволосый парень. Открывая пассажирскую дверь, он силой пихнул меня на сиденье. Когда он рванул к водительской двери, я услышала звук выстрела. Влетев на сиденье, парень захлопнул дверь и повернул ключ в зажигании — через секунду мы уже неслись прочь с парковки. Поворачиваясь в кресле, я увидела, как мужчина с ружьем встал на одно колено, снова целясь в нас.
— Он… он пытался убить меня, — пролепетала я, когда мы резко вырулили на Пятое шоссе. — Он правда хотел меня убить… — Меня внезапно всю затрясло так, что я едва могла говорить.
— Они все хотели убить тебя, — коротко ответил парень, переключая передачи.
Через долю секунды стрелка спидометра перелетела через отметку в сто десять километров, не переставая подниматься. Парень управлял машиной мастерски, так что мы летели по шоссе, словно птица. Несколько минут мы провели в молчании. Я вжалась в мягкое кожаное сиденье: меня вдруг сковал такой холод, что я с трудом соображала. Парень то и дело проверял, нет ли за нами погони: его глаза перебегали с зеркала заднего вида на дорогу и обратно. Как только от шоссе начали отходить дороги поменьше, парень сразу свернул на одну, а потом на другую, прокладывая обходной путь. Наконец он вывел машину к Двадцатой трассе, вырулил на дорогу и вдавил педаль газа в пол.