В любом случае, не следовало так много об этом думать, напомнил Алекс сам себе. Гораздо важнее было добраться до Нью-Мексико и найти Калли. Хотя не похоже было, чтобы Уиллоу представляла какую-то опасность для людей, ангелы явно не случайно так боялись ее. И он изо всех сил надеялся, что они правы. В последние годы УА медленно сдавали позиции: если они как можно скорее не найдут способ серьезно помешать ангелам, то дни человечества сочтены.
Что-то пробормотав во сне, Уиллоу зашевелилась в соседнем кресле, и ее зеленые глаза распахнулись. Алекс быстро посмотрел в окно. Краем глаза он заметил, как ее губы сжались, когда она взглянула на него. Девушка выпрямилась, приглаживая растрепанные со сна волосы. Повисло напряженное молчание. Разумеется, она не забыла, что он сказал ей вчера. Ну и хорошо — так будет проще.
— Нужно найти заправку или что-то еще, где я смогла бы переодеться, — сухо сказала Уиллоу. На ней со вчерашнего дня была фиолетовая юбка и белая блузка, и, когда девушка натянула сверху джинсовку, Алекс невольно засмотрелся на ее шею, белую и нежную, и длинные светлые волосы, рассыпавшиеся по плечам.
— Да, конечно, — сказал он. И, подвинув кресло вперед, завел двигатель.
Глава седьмая
Почти два дня Алекс держал курс на юго-запад, передвигаясь от штата к штату со скоростью 100 километров в час, которая казалась ему черепашьей. Обычно он ездил намного быстрее, но в этот раз ему совсем не хотелось, чтобы их остановили на посту. Уиллоу устроилась на соседнем сиденье, прижав колени к груди, и молча смотрела в окно, не глядя на Алекса. За огромными темными очками он едва мог различить лицо девушки, что было для него несказанным облегчением. Ее светлые волосы были скручены на затылке и спрятаны под кепку. Несколько раз они останавливались на заправках, чтобы залить бензин и немного подкрепиться, но Уиллоу на всякий случай оставалась в машине, чтобы не попадаться никому на глаза. Она почти не ела — только пила воду.
Девушка явно буквально последовала его совету. Теперь они перекидывались парой слов только при крайней необходимости — узнать, какой сэндвич ей взять или что она будет пить. Да и в этих редких случаях ее голос был ровным и безразличным, а ее тело будто замирало. Алекс понял, что, назвав ее такой же, как ангелы, он сильно задел ее. Но он не мог жалеть о том, что сказал это — ведь эти слова держали ее на расстоянии от него.
Несмотря на это, Алекс невольно обращал на девушку внимание. Он очень старался, но не мог не замечать, какая изящная у нее шея, когда она поднимает волосы наверх, и как она чуть склоняет голову набок, глядя в окно. На лице Уиллоу часто появлялось грустное выражение, и он понимал, что она думает о своей семье, которая осталась далеко: О матери — видимо, это и была женщина с поврежденной энергией, которую он почувствовал тогда, женщина, чей разум был выжжен дотла прикосновением ангела, — и о тетке. Алекс надеялся, что с ними все будет в порядке.
Внезапно Алекс поймал себя на мысли, что слишком много думает о Уиллоу. Они ехали уже вторые сутки, пересекая бесконечный штат Теннесси. В Нью-Йорке осень была прохладной, но здесь, на юге, ярко светило солнце. Чтобы отвлечься от мыслей об Уиллоу, Алекс включил радио, делая большой глоток кофе, купленного на заправке. Он скучал но своей прежней машине: там можно было слушать айпод, подключив его прямо к колонкам — а здесь приходилось выбирать между классическим роком, госпелами и кантри. Алекс включил классический рок, и Уиллоу повернулась к нему.
— Ты не мог бы сделать чуть потише? — произнесла она без всякой интонации.
Не отвечая, Алекс повернул колесико громкости на пару делений ниже. Уиллоу снова отвернулась к окну и принялась изучать причудливый горный рельеф Смоуки Маунтинс. Алекс нерешительно взглянул на нее. В глубине души он хотел заговорить с ней, спросить что-нибудь о ее семье, но не знал, с чего начать. Поморщившись, он снова глотнул кофе. Наверное, это плохая идея.
В этот самый момент «мустанг» издал глухой стук и весь завибрировал. Алекс быстро сунул кофе в пластиковый держатель и уставился на приборную панель. Ни одна из лампочек не горела, но машина затряслась еще сильнее, раскачиваясь взад и вперед.
— Надо было взять эту древнюю куча металлолома! — выругался Алекс себе под нос. Он сбавил скорость и попытался переключить передачу. Это не помогло: теперь двигатель не только стучал, но и кряхтел. Уиллоу вдруг зашевелилась на пассажирском сиденье: она вся выпрямилась, будто вслушиваясь в звуки двигателя. Внезапно что-то заурчало, и машина резко дернулась вперед. Уиллоу вскрикнула, ударившись локтем о приборную панель.