- Ну ладно, давайте глянем колено.
Они вдвоем запихнули меня в томограф, где мне даже удалось подремать, несмотря на дергающую боль.
- Ну что вам сказать? – наморщил нос Евгений, когда меня извлекли из аппарата. – Особой драмы не вижу. Сустав цел, переломов нет. Мениск, конечно, в хлам, но это решаемо. Максим утром придет, придумает, что с вами делать. А пока без блокады обойдемся, только анальгетик уколю. Поехали, пристрою вас в комнате отдыха.
- Условия походные, - Евгений помог мне добраться до двухъярусной кровати. – Белья нет. Вот, полотенце чистое, накройте подушку.
Какое там белье! Упасть и наконец отключиться. Хоть на полу. Почти двое суток без сна, да и обратка пошла после выброса энергии. Главное – ногу пристроить так, чтобы не проснуться от боли. Но этому я еще шесть лет назад научился.
Впрочем, проснулся утром совсем от другого. Боль – это все-таки возвышенно. Говорят, страдания облагораживают. Но вряд ли имеют в виду страдания от того, что не доскакать на одной ноге до туалета. Впрочем, все равно доскакал, матерясь себе под нос и тихо подвывая. На обратном пути напоролся на Макса.
- Опа! – возмутился он. – Скачет он тут. Пошли, попрыгунчик, буду делать тебе бо-бо.
«Бо-бо» получилось зачетным. Заведя в ближайший кабинет, Макс заставил меня спустить штаны, уложил на кушетку и начал мять ногу, сгибая ее в колене так и эдак. Аж искры из глаз полетели.
- Ну что, Чуп? – закончив экзекуцию, он присел рядом и потер бороду. – У меня две новости. Плохая и так себе. Снимки я твои посмотрел, ничего неожиданного не увидел. Мениск ты разъе…нил к такой-то матери. Только вот неделю назад это еще был дегенеративный разрыв, что подразумевает текущий процесс и возможность хоть и временной, но коррекции. А теперь мы имеем разрыв травматический – свершившийся факт. И его надо удалять. Это плохая новость.
- А так себе?
- Сделал ты это достаточно аккуратно, поэтому распахивать колено не понадобится. Проведу артроскопию. Через небольшие проколы введу камеру и инструменты. Под эпидуралкой – регионарный наркоз. Процедура простая, рутинная, ее даже в амбулаторных условиях делают.
- А в чем подвох?
- Подвох в том, Чуп, что я пока не могу сказать точно, удалю тебе мениск радикально или частично. А от этого зависит послеоперационный период и реабилитация. Парадокс, но при радикальном иссечении все проходит легче. Удалил целиком – и все дела. Денек полежишь с холодным компрессом и домой поедешь. Ну, конечно, лекарства, физиотерапия, массаж, гимнастика. А вот при парциальном я удалю разорванные части, а что останется – сошью. И поскольку все это будет срастаться, неделю придется лежать. Причем первые три дня – строго лежать, без попрыгушек в туалет. Ничего, вспомнишь, как уткой пользоваться.
- А оно мне надо? – засомневался я. - Парциальное?
- Ну, дело твое, конечно. Если не надо, так и скажи сразу, мне меньше работы. Но я тебе уже говорил, радикальное удаление – это в большинстве случаев путь к артрозу и инвалидности. Частичное – не обязательно. Все-таки мениск – штука нужная. Я вообще-то старался тебе ногу по кусочкам собрать вовсе не для того, чтобы ты к сорока годам с костыликом ходил.
- Ладно, не злись, Макс. Делай как сочтешь нужным, потерплю.
- Ну и отлично. Оперировать буду сегодня после обеда, потому что следующая смена у меня только в четверг. Сейчас тебя как платника быстро оформят, в палату отвезут и анализы возьмут. Так, не жрать ничего, понял? Воду пить можно. Все, я побежал, а ты здесь посиди, придут за тобой.
Через полчаса я уже лежал в отдельной палате со всеми удобствами. Одетый в голубенькую рубашечку, едва прикрывающую зад. На стуле висел жуткий байковый халат, похоже, еще советских времен, а у кровати стояли не менее жуткие растоптанные тапки сорок пятого размера. Поглядывая на них, я думал, как бы забрать вещи из гостиницы.
Макс на сутках. Яна… так, никаких Ян. Забыли. Не было ничего.
Дотянувшись до телефона, я удалил ее номер из контактов. Но проблему это не решило.
Кого-нибудь из филиала попросить? Не лучшая идея, учитывая тот шорох, который навел неделю назад. Значит, ждать, пока Макс не освободится. Ладно, как-нибудь. С байковым халатом.
А кстати, надо Володе позвонить, обрадовать, что он на ближайшее время остается в лавке главным. Лиле? Лиле страшно не хотелось, но если узнает обо всем от него, поймет все правильно – как окончательный разрыв. А это сейчас точно ни к чему. Не в плане отношений, конечно, а чисто по-рабочему.
Но позвонить я не успел – в дверь постучали.
16
Яна
Казалось, в голове должно было проясниться. Но нет – там по-прежнему царил сумрак, словно по контрасту с ослепительно ярким днем.