Она всегда поддерживала в дочери стремление заниматься музыкой, научиться чувствовать красоту этого мира посредством слуха, а не глаз. Но это было не так-то просто. Слишком много всего плохого навалилось на хрупкие плечи бедной женщины, и, в конечном итоге, она просто не выдержала.
— Лилька, - выдернул ее из воспоминаний грозный голос отца, - Ты что, уснула что ли?
— Я просто задумалась папа – виноватым голосом отозвалась девочка.
— Играй давай, мы скоро уходим, у меня дела! – усмехнулся тот, все так же продолжая курить.
Закончив выступление, они начали собирать реквизит в машину. Она ненавидела выступать на публике под давлением отца, ради денег, которые он забирал себе и тратил на алкоголь и непонятных женщин, часто посещавших их родной дом. Ей всегда становилось страшно, что одна из них может остаться с ними навсегда.
Совсем другое, когда играешь от души и с хорошим настроением, ради положительных эмоций и признания. Как это было в ее излюбленном месте у офисного здания, куда однажды тайно привез ее друг. Она там могла быть сама собой, и играть так, что музыка заполняла каждый уголок на площади, пробираясь внутрь любого, остановившегося ее послушать. Лилю так вдохновило это место, что она попросила своего друга написать ей адрес на листке бумаги, чтобы иметь возможность самостоятельно посещать его, сбегая из дома на такси.
После смерти ее матери отец просто слетел с катушек. Уволился с работы и долго сидел дома, ежедневно заливаясь вином и выкуривая по две пачки сигарет. Когда денег совсем не осталось он захотел продать ее скрипку, но Лиля не отдала, пообещав, что заработает ему денег больше, чем он выручит за инструмент.
Со скептическим настроем все еще нетрезвый папаша вывез свою дочь на ближайшую площадь, рядом с каким-то баром, откуда постоянно доносились пьяные голоса посетителей и оставил там, а сам ушел внутрь заведения. Вернувшись назад, он был сильно удивлен, увидев чехол из-под инструмента, доверху заполненный деньгами.
— Люди свихнулись, раз им всем так нравится твое мерзкое пиликанье», - с презрением бросил он притихшей девочке, через пелену собственного сознания. Но свой счастливый билет он осознал хорошо, после чего и понеслась эта нескончаемая череда уличных выступлений.
Довезя свою дочь до дома и высадив у двери, он отправился по своим делам, не забыв перед этим посчитать и положить в свой карман заработанные за сегодняшнее выступление деньги.
— Из дома не шагу! – предупредил он – Чтобы я больше не бегал за тобой по всем площадям, уяснила?!
— Да папа, - повесила голову девочка, - Купи мне, пожалуйста, книгу, специальную, для таких как я! – снова напомнила она ему о своем желании.
— Я зайду по дороге назад в магазин, если не забуду – с неохотой пробубнил ее отец, садясь в машину.
— Спасибо папа! – обрадовалась Лиля такому внезапному добродушию со стороны отца.
Оставшись наконец одна, она зашла в дом. Это было старое, довольно ветхое строение в бедном районе города. Они нашли этот дом вместе с мамой, после того как отец продал их большую квартиру, чтобы расплатиться по карточным долгам. Бережно уложив свой музыкальный инструмент на место, она переоделась и, наконец, смогла расслабится. Пройдя на кухню и обыскав руками содержимое холодильника и кухонных шкафов, ей стало совсем грустно:
«Он опять забыл купить продукты», - с горечью вздохнула девочка.
Кушать хотелось безумно, но идти за помощью к соседям ей совсем не хотелось. В последний раз, когда она это сделала, они сунули ей в руку кусок черствого хлеба, как попрошайке. После этого еще и пожаловались отцу, что его беспутная дочь пришла к ним как барыня к слугам, чтобы те ей послужили. После чего она четко решила, что лучше умереть с голоду, чем идти просить кого бы то ни было о помощи.
Ее размышления прервал еле слышный скрип, как будто окно от ветра отворилось, она поднялась, чтобы проверить, но тут скрип повторился, уже совсем близко.
«Неужели воры», - ужаснулась Лиля своему положению, быстро проходя назад на кухню, чтобы найти нож для самозащиты.