За пределами повествования
15 числа последнего месяца весны, года 1567 со дня возведения на престол первого из династии Альтерров, в 22.34 по Лианорскому времени скончался император Интамар.
В момент смерти в комнате его величества находились Аравейн Светлый и Повелитель тёмных эльфов Робиар. Именно они засвидетельствовали широко известное всем знаменитое проклятье императора Интамара, согласно которому раса, в будущем начавшая войну против кого-либо из обитателей Эрамира, станет навеки проклятой.
"Пусть вечный мир будет на Объединённых землях Эрамира. Пусть поселится в ваших сердцах терпение и уважение друг к другу. Пусть не возникает войн и распрей. А тот, кто нарушит мой завет, проклят окажется, и народ его вскоре исчезнет с земель Эрамира", - именно эти слова, согласно свидетельству Аравейна Светлого и Повелителя Робиара, произнёс Интамар.
Вскоре после смерти императора Повелитель уехал в Эйм, который в дальнейшем практически не покидал.
Аравейна же никто не видел в течение очень долгого времени, пока, наконец, великий маг не появился в одном из восточных городов Эрамира, активно торгующих с Мирнарией...
"Альтерры. История", том четвёртый, императорская библиотека
В тот день у Эдигора с самого утра было какое-то странное настроение. Он волновался, причём совершенно без причины. Сначала императору показалось, что это из-за троллей и официального приглашения на празднование его дня рождения, потом - из-за недомогания Аны, и только в одиннадцать часов утра Эдигор наконец понял, в чём же было дело.
Аравейн тоже почему-то нервничал. Император никогда не видел своего наставника в таком состоянии - тот целое утро ходил из угла в угол, не зная, куда себя деть, и постоянно смотрел в окно, будто чего-то (или кого-то?) ждал.
На одиннадцать часов была назначена аудиенция для принцессы Эмиландил, дочери Повелителя Робиара. Эдигор не представлял, что этой эльфийке могло от него понадобиться, да ещё и практически одновременно с самим Повелителем, приехавшим по просьбе Аравейна. Почему Эмиландил явилась во дворец отдельно от своего отца, Эдигор не знал. И почему она притащила с собой на встречу с императором ещё шестерых, в том числе орка, тролля и гнома, тоже не имел понятия. Но отказывать принцессе всё равно было нельзя.
Эдигор немного помнил Эмиландил. Примерно десять лет назад, когда ему самому едва исполнилось двадцать, он некоторое время гостил в Эйме вместе с Аравейном. Милая девочка с ярко-зелёными глазами и серебряными волосами, которые поразили императора до самой глубины души. К его удивлению, наставника этот факт совсем не удивил. Вот только Эдигор до сих пор так и не понял, зачем Робиар оставил жизнь своей младшей дочери, ведь у всех эльфов было принято убивать подобных детей, связанных с "неправильными" Источниками силы. Где это видано - тёмная эльфийка, использующая в качестве источника не Тьму, а Свет?..
... Направляясь в одиннадцать часов утра в зал для приёма посетителей, Эдигор почему-то страшно нервничал. Причём чем ближе он подходил к залу, тем сильнее становилось это чувство. Император недоумевал - такого за собой он прежде не наблюдал.
Поначалу Эдигору показалось, что ничего особенного не случилось. За исключением присутствия в комнате Люка и Ленни, которые непонятно что здесь забыли. Но потом...
Она сидела между Тенью и орком - та самая девушка из его сна. И смотрела на Эдигора полуудивлённо-полуиспуганно, как будто он её чем-то поразил.
Она была такая же смешная, как и во сне. Теперь он вспомнил. Маленького роста, со взъерошенными кудрявыми волосами, напомнившими ему заброшенное птичье гнездо, аккуратным носиком, покрытым веснушками, пухленькими губками, которые так хотелось поцеловать...
Стоп, о чём он вообще думает?
И, конечно, эти глаза. Бархатно-серые, нежные, но испуганные.
Но Аравейн ведь сказал, что они никогда не сойдут с листка бумаги!
Эдигор нахмурился и недовольно поджал губы. Почему наставник ошибся? Или он намеренно солгал? И что здесь делает эта девушка... вместе с принцессой Эмиландил, Ленни, орком, гномом и троллем?
Между тем эльфийка поздоровалась и рассказала о причине своего приезда. Теперь хотя бы этот пункт стал понятен Эдигору. Оставалось непонятным, почему Эмиландил не обратилась к отцу, но это император решил выяснить опытным путём - узнав, что принцесса придёт на аудиенцию к одиннадцати утра, Эдигор попросил Робиара, прибывшего в замок на час раньше, зайти в зал для приёма посетителей.