Император постучался в комнаты наставника и, услышав его тихий ответ, толкнул входную дверь.
Маг сидел в кресле, но поднялся, увидев Эдигора.
- Ваше величество, - Аравейн уже начал склоняться в почтительном поклоне, когда император, усмехнувшись, перебил его.
- Ты ведь знаешь, что я никакое не величество.
Голос Эдигора был горьким, как полынь.
Маг, моментально выпрямив спину, слегка сощурил пронзительно-голубые глаза и тихо сказал:
- Вы вспомнили.
Это был не вопрос, а утверждение, и Эдигор кивнул.
Несколько секунд они оба молчали. Аравейн, казалось, о чём-то задумался, а император просто пытался собрать воедино скачущие мысли и найти правильные слова.
- Я понимаю тебя, Аравейн, - сказал наконец Эдигор, смотря наставнику прямо в глаза. - Я тоже отдал бы всё, лишь бы попытаться исправить ошибку Линн. Она всегда была несчастной, даже когда улыбалась и смеялась. В её глазах я всегда видел тень прошлого, и что бы я ни делал, Линн оставалась похожей на пепел от сгоревшего костра.
- Я знаю, - ответил маг еле слышно. - Она рассказала вам, что я...
- Хранитель? Да, рассказала, - Эдигор усмехнулся. - Я не буду спрашивать тебя, почему ты решил использовать меня, точнее, подарок Линн - я всё понимаю. И даже оправдываю. Отчасти оправдываю, Аравейн. Хочу спросить о другом. Какого чёрта ты решил сделать меня именно императором? Зачем было так всё усложнять? Император-булочник... Какая-то очень странная и извращённая шутка.
- Это не шутка. Позвольте объяснить...
- Я именно за этим и пришёл. Но перестань ты, ради всего святого, говорить со мной в подобном тоне. Больше незачем поддерживать этот фарс.
Маг слегка вздрогнул, увидев боль, мелькнувшую в глазах Эдигора. Вздохнул и начал рассказывать, так и не опустив голову, не отрывая напряжённого взгляда от лица своего воспитанника.
- Каждый Хранитель выбирает Творца в момент его рождения, точнее, в момент рождения его души, и ведёт до самого конца, который может быть самым разным. И с того мгновения, как я впервые держал в руках душу Линн, которая тогда была просто крошечной искоркой, я понял, что люблю её. Она была такой сверкающей и сияющей, переливалась всеми цветами радуги и будто бы смеялась. Маленький, юный Творец. И очень сильный. Я был обречён оставаться с ней до конца, не имея возможности даже сжать в объятиях, почувствовать тепло тела, поцеловать, - на мгновение Аравейн закрыл глаза и глубоко вздохнул. - Я не знаю, зачем и почему. Я много раз спрашивал об этом, но мне так и не ответили. Зачем нужен Хранитель, влюблённый в своего Творца уже несколько столетий, для которого жизнь и личное счастье демиурга значит больше всех созданных миров, вместе взятых?.. И когда Линн встретилась с тобой, я начал тебя ненавидеть. До этого она никогда не влюблялась настолько сильно, ваши души не были знакомы. Она была привязана только к брату. Но я знал, что когда-нибудь это должно случиться. И даже был рад, потому что иначе Линн бы очень быстро угасла. А когда она подарила тебе свой сон, я понял - вот он, мой шанс. Шанс не только исправить всё то, что она когда-то совершила, но и просто обнять по-настоящему. А ещё где-то в глубине души я надеялся, что всё-таки смогу найти способ оставить Линн в Эрамире.
Ты спросил, почему я решил сделать тебя именно императором, Эдигор. Дело в том, что я никогда не принимал подобного решения. Я только перебросил твою душу в этот мир, но кем ты родишься, я не знал. И сам удивился, когда понял, что ты стал наследником престола. Я прибыл в Лианор и изъявил желание остаться при дворе в качестве твоего наставника, чтобы ты не обнаружил свою силу раньше времени, и Эрамир не выкинул тебя прочь.
- Я понял это, - сказал Эдигор, спокойно кивнув. - Именно затем ты запретил мне рисовать. Мои рисунки воплощались, и Эрамир мог почувствовать одного из своих демиургов. В таком случае твоя затея провалилась бы.
Несколько секунд Аравейн молчал.
- Не всё так просто. Постоянно находясь рядом с тобой, я обнаружил, что начал... привязываться. Мне доставляло удовольствие учить тебя, я гордился твоими успехами и иногда даже забывал о том, что затеял это всё только ради Линн. И однажды я понял, что никакой ошибки не случилось - ты стал именно тем, кем должен быть стать.
- Что? - нахмурился Эдигор.
- В том мире ты был жертвой обстоятельств, твоя судьба сложилась так, что ты не имел возможности использовать свою внутреннюю силу и весь потенциал. Но тем не менее вместо того, чтобы скатиться в самый низ, как это делают многие, ты всё равно продолжал держаться на ногах и был действительно очень хорошим, цельным человеком.