"Обыкновенное чудо"
Никогда раньше я так остро не чувствовала, как тикают часы.
Я не хотела, чтобы этот день кончался. Не хотела, чтобы наступала ночь, потому что знала: пройдёт всего несколько часов, начнётся бал, на который обязательно явятся Эллейн с Иборгом, и моё время в Эрамире закончится. Так же, как время императора. Так же, как жизнь Ленни.
Я не знаю, почему связывала пробуждение Игоря с балом в честь дня рождения Эдигора. Не знаю. Возможно, просто потому, что не хотела находиться в Эрамире, когда здесь не будет больше Ленни. И вовсе не из-за частички своей души. Нет, из-за чего-то совсем другого, чего мне никогда не осознать и не постигнуть.
Ужинали все мы, в том числе и Робиар, вместе с императорской четой. Я думала, мне будет неловко за одним столом с Дорианой, но нет - она была настолько милой девушкой, хоть и казалась слегка рассеянной, что я совершенно забыла о её статусе.
Чуть замутнённые глаза императрицы, как мне позже объяснила Милли, говорили об эмпатическом даре. Именно из-за него Дориана постоянно была вынуждена концентрироваться, чтобы ненароком не перепутать себя с кем-то другим. Вспомнив, как "провалилась" в чувства Вейна, я содрогнулась. Да уж, мало приятного.
А ещё, глядя на Дориану, я недоумевала - если у Эдигора есть такая женщина, зачем ему я? Императрица - умная, красивая, с внутренним достоинством, величественная... И я! Просто смешно.
"Ну что за глупости, Линн, - сказала мне Ленни мысленно. - Любят ведь не за красоту или величественность".
"Я знаю. Но всё равно... Дориана беременна!"
Ленни вздохнула.
"Эдигор же просил тебя не думать об этом".
"Я... стараюсь".
Да, я действительно старалась. Но получалось не очень хорошо.
Забавнее всего было смотреть на Милли, Браша и Робиара. Эльфийка, оказавшаяся между отцом и будущим мужем, изо всех сил старалась ввязать их обоих в диалог, чтобы они хоть немного начали привыкать друг к другу.
Браш собирался вместе с Эмиландил в Эйм. Это было совершенно невероятно, но... они хотели попробовать жить вместе с тёмными эльфами. Да и сам Повелитель решил попытаться наладить отношения со своей дочерью и её избранником. И если в моей книге всё получилось наоборот - Милли покинула Эйм навсегда - то здесь эльфийка хотела вернуться. Браш поддерживал её, и я видела, какими любящими глазами они смотрят друг на друга.
Удивительно, но моё мнение о Робиаре поменялось кардинально. Не только после рассказа Эмиландил о его единственной. Просто я вдруг заметила, как он несчастен. Насколько же сильна эта любовь, если она живёт уже двести лет, несмотря на то, что Лемены больше нет? Впрочем, наверное, так и должно быть.
Просто жаль Робиара. Удивительно, он же мне не нравился, когда я писала свою книгу, а теперь я его жалею. С ума сойти!
Конечно, если так подумать, нам всем была оказана огромная честь - обедать за одним столом с императорской четой, принцессой Луламэй и герцогом Кроссом, Повелителем Робиаром и его дочерью... Больше всего по этому поводу нервничали Рым с Галом. Привыкшие к простой пище и походам, они были не то что не обучены этикету - вообще не представляли, с какой стороны к этим вилкам и ложкам подступиться, можно ли есть хлеб, держа его в руке, и кого просить положить в тарелку добавки? В общем, я ухахатывалась, глядя на тролля с орком. По сравнению с моими переживаниями по поводу Эдигора, Дорианы, Ленни и предстоящего бала, вопросы этикета казались сущей ерундой.
Что касается Тора, то он решил проблему просто - с помощью правила "делай как Ленни". Не знаю, кто научил девочку всем этим премудростям, но получалось у неё не хуже, чем у принцессы Луламэй.
Кто бы мог подумать, что у такой разношерстной компании найдутся темы для разговора. Но они нашлись, хотя произошло это только благодаря императорской чете. Никто из нас и не заметил, как своими деликатными, осторожными вопросами Дориана и Эдигор разговорили каждого. Я восхищалась ими обоими.
Императрице, кажется, очень понравился Торгис. По крайней мере рассказ о его жизни у гномов она слушала очень внимательно, задала кучу вопросов, а под конец пригласила их с мастером Дартом во дворец, заявив, что давно хотела обновить мебель в своей комнате, да и колыбельку для наследника престола нужно будет сделать.
Тор, услышав всё это, засиял, как свежевымытый чайник.
Сразу после окончания трапезы я поспешила сбежать в свою комнату. Я очень боялась, со мной захочет поговорить Дориана. Я не знала, рассказал ей Эдигор хоть что-то, и если да, то что именно, но, если честно, я и не хотела этого знать.