Здесь все указывает на древние времена, времена до Ухода Создателя: и булыжные мостовые, и строгая архитектура каменных домов в несколько этажей, и сады с могучими старыми деревьями, и даже лица горожан, строгие и грустные одновременно. И неудивительно - большинство из них застало Зарю мира, и, если спросить буринцев, когда было лучше, тогда или сейчас, они, конечно, ответят "тогда". Хотя, может статься, просто память играет с ними в странные игры, обманывая собственных хозяев, ведь не зря утверждают мудрецы: всякое время хорошо по-своему. И отвратительно тоже - по-своему.
Годтар-Уф-Нодол не особенно задумывался над подобными проблемами, у него хватало собственных. Стать дуршэ непросто, на это ушло много, очень много ткарнов. Сначала ему пришлось наняться в караван Хратола простым подручным, этаким мальчишкой на побегушках, за одни только хлеб да воду. Так, по крайней мере, считал сам Хратол, угрюмый тролль, относившийся к маленькому киноцефалу как к домашнему животному - не более того. Но Годтар-Уф-Нодол уже тогда стал присматриваться к тому, как ведет себя толстый дуршэ, и учиться на его ошибках, запоминая все, что видел и слышал. А видеть и слышать за время, проведенное в чужом караване, довелось много чего. Иногда собакоголовый казался самому себе живой губкой, впитывающей все подряд. Поэтому неудивительно, что наступило время, когда киноцефал покинул старого тролля с небольшим кошелем за пазухой и знаниями в голове, которые были значительно дороже содержания того кошеля. Впрочем, последний тоже стоил немало - на нескольких парайезавров, партию товара и наемных рабочих хватило. А потом... Потом исчез маленький никому не нужный мальчишка-собакоголовый и появился уважаемый дуршэ по имени Годтар-Уф-Нодол. Правда, прежде ему пришлось рискнуть: все караванные пути были изучены и забиты конкурирующими между собой предпринимателями, так что не оставалось ничего другого, как искать свой собственный путь. Он и нашел, да не только нашел, а еще и сделал его прибыльным. Кое-кто сомневался, стоит ли ездить на такие дальние расстояния. Годтар-Уф-Нодол пожимал плечами и честно отвечал: не стоит. Вам не стоит, господа, ибо вы не сможете извлечь из этого выгоду. А я смогу.
Не верившие пытались пройти, казалось бы, уже проторенной дорогой - и неизменно оставались в убытке. Были даже такие, кто разорился после единственной подобной попытки, а киноцефал лишь пожимал плечами, мол, я же предупреждал. И как-то само собой оказалось, что на пути между Бурином и западными землями протянулся только один мост - маршрут каравана Годтара-Уф-Нодола. Дуршэ это вполне устраивало.
Его хорошо знали в городе, и, появляясь на местном базаре, киноцефал не рисковал затеряться в толпе точно таких же запыленных, загорелых купцов, крикливых и молчаливых, нервных и уверенных в себе, бедных и богатых. Все они были величинами переменными: сегодня есть - завтра нет, - он же оставался той постоянной, в которой никто не сомневался. И поэтому свои покупатели всегда находили караван с далекого запада, забирали загодя заказанный товар, благодарили, а иногда даже приглашали на чашечку цаха чтобы посидеть и спокойно обсудить условия следующей сделки. Известно ведь: два года - срок крайне малый, не успеешь моргнуть, а уж пролетел. Вот и стараются местные торговцы заранее решить возможные проблемы, уладить недоразумения, обговорить детали, скрепить все это рукопожатием и поспешить в лавку - распаковывать товар да выкладывать на прилавок, подсчитывая грядущие барыши. А тем летом случилось нечто странное. Киноцефал как раз отдал привезенный товар, договорился о будущих поставках и приказал паковать закупленное здесь - не ехать же, в самом деле, порожняком! - когда из толпы выделился и поспешил к нему старец в сером плаще с натянутым на самый нос капюшоном. Было ясно, что сей эльф не желает, чтобы его узнали, а, следовательно, его могли узнать. И Годтар-Уф-Нодол поневоле заинтересовался незнакомцем.
- Здравствуй, - сказал тот. - Мы можем поговорить с тобой где-нибудь в более удобном месте?
Киноцефал молча повел старика к ярмарочной гостинице "Приют почтенных". Это заведение предназначалось специально для приезжих торговцев, чтобы им было удобнее и отдыхать и работать. Сам Годтар-Уф-Нодол по достоинству оценил "Приют" и, приезжая в Бурин, останавливался только в нем.
Они миновали узенькую лестницу и каморку распорядителя под ней, оказавшись на втором этаже. Здесь, в небольшой, но уютной комнатке, и поселился дуршэ. Он ввел сюда старика и опустился в кресло, предлагая гостю самому выбрать тот из предметов мебели, который ему больше нравится, и присесть. Эльф отрицательно покачал головой. Вместо этого он подошел к окну, так что широкая прохладная тень протянулась от старца прямо к ногам Годтара-Уф-Нодола.
- Ты ездишь через множество безжизненных мест, где нет и следа цивилизации, даже в ее зачаточном состоянии. Теперь задумайся и скажи, способен ли ты вспомнить сейчас такой потайной уголок, где, однажды там спрятанная, небольшая вещь могла бы храниться долгие годы?
Дуршэ помедлил с ответом. Ему начало казаться, что он зря согласился выслушать этого эльфа, но... В конце концов, киноцефал может в любую минуту выставить старика вон.
- Да, я знаю несколько таких мест.
- Сколько ты хочешь за то, чтобы отвезти и схоронить там это? - Старик резко развернулся и извлек из-под полы плаща толстый том в зеленом переплете.
- Прежде всего я желаю услышать, почему, - Дуршэ внимательно следил за реакцией старика и заметил, как тот вздрогнул: - почему ты хочешь, чтобы я совершил это?
- Тебе предлагают деньги - думаю, подобного аргумента достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов, - отрезал старик. - Кроме того, могу гарантировать: никто не станет охотиться за Книгой или мешать тебе прятать ее. Прежде всего потому, что об этом никто не знает.
- Твоего слова недостаточно, - лениво, как он надеялся, промолвил киноцефал. - Ведь я тебя не знаю.
- Ты знаешь меня, - раздраженно сказал эльф, снимая капюшон.
... Некоторое время спустя, когда караван уже готов был отправиться в путь, дуршэ вышел из гостиницы, сжимая под мышкой увесистый сверток. Этот сверток он спрятал потом в одном из своих личных тюков и не доставал... целую неделю. Дело в том, что среди прочих черт киноцефалов особенно выделялось любопытство. Иногда - как, например, в случае с Годтаром-Уф-Нодолом - любопытство губительное.