Лесные истории на этом не закончились. На скамью подсудимых попал помощник губернатора области, человек пришлый в нашем крае, приехавший сюда явно не за туманом и запахом тайги.
Подобного всплеска коррупции кировская земля не знала со времен Салтыкова-Щедрина, проходившего службу в канцелярии вятского губернатора в далекую николаевскую эпоху. Известны слова российского самодержца, отправившего в ссылку великого сатирика: «В России все воруют, кроме одного человека». Современники императора понимали, кого он имел в виду, когда говорил об этом историческом персонаже.
Николая I, названного за жестокость и самодурство Палкиным, можно уважать хотя бы за откровенное признание, что управляемую им Россию растаскивали жулики. Мы же до последнего времени прикрывались фиговым листком благопристойности, делая вид, что коррупционной заразы в нашем демократическом обществе вроде бы и нет. А ООН бьёт в колокола: из 178 стран, исследуемых по поводу коррупции, Россия заняла в 2011 году 154-е место. Мы оказались на самом дне, выглядим как безнадежные.
Если не брать в расчет бытовую и социальную коррупцию, то воровство из федерального бюджета доходит до одного триллиона рублей в год. А весь коррупционный оборот оценивается в 9 трлн. рублей. Это почти расходная часть бюджета нашего государства. То есть у каждого россиянина крадут в месяц 600 рублей.
Самым крупным в мировой истории разовым грабежом и гнусным символом коррупции в современной России являются залоговые аукционы. С их помощью за копейки в частные руки переданы такие могучие сырьевые гиганты, как ЮКОС, ЛУКОЙЛ, «Сибнефть» и «Норильский никель». На их базе созрел и окреп российский клановый капитализм, бенефициары которого не ограничены даже элементарным кодексом этики. Они доят государство, как им заблагорассудится. Коррупция подтачивает основы государственности, ведет к разрушению страну.
В постсоветский период много пишут и говорят о причинах крушения социализма в СССР. Особенно карикатурно смешны заявления диссидентов: якобы их самиздатовская литература вкупе с «Архипелагом Гулагом» Солженицына и музыкальными рок- группами привела к крушению социализма. Как тут не скажешь: «Свежо предание, но верится с трудом».
Социализм проиграл по другой причине. Его адепты прекратили развивать общественные идеи. Пошли вразнос принципы социальной справедливости, коллективизма, традиционного русского патриотизма. Партийная верхушка, чиновники госаппарата, директора предприятий и даже профсоюзные деятели, кто должен был развивать эти принципы, занялись воровством. Вместо защиты общенародной собственности стали насаждать идеи его легализации.
Народ протестовал против воровства и требовал перемен. И воры устроили эти перемены. Создали разветвленную коррупционную сеть. В клещи зажали весь государственный организм, опрокинув его на три криминальные основы. Первая из них - финансовые структуры, которые реализуют полученные выгоды и превращают их в деньги. Вторая организует группу чиновников всех рангов, создающих прикрытие при принятии решений. Третья создает систему защиты коррупционеров, состоящую из представителей правоохранительных органов.
В таком законченном виде коррупционная сеть появилась в период горбачевской перестройки и плавно перешла в недра кланового капитализма. Её вдохновитель М.С. Горбачев, удостоенный высшей награды России - ордена Андрея Первозванного, сегодня широко отмечает свои юбилеи в лондонском Альберт-холле, излюбленном месте английской аристократии, и неизвестно на какие деньги приобретает роскошную виллу на берегу Карибского моря в престижном районе столицы Доминиканской Республики Санта-Доминго.
Весь российский первоначальный капитал, об этом известно во всем мире, создан за счет госсобственности и бюджетных средств. Его формированию во многом помогли горбачевские кооперативы, которые стали растаскивать общенародную собственность. С них и началось создание в России криминального капитализма.
Грубейшей ошибкой реформаторов ельцинского периода явилось резкое сокращение доли государственной собственности, которая сдерживает развитие коррупции в силу своей особой организованности и жесткого контроля за расходованием средств. На это, в частности, указывают расчеты Международного валютного фонда и Мирового банка. Их вывод сводится к тому, что степень устойчивости национальных экономик и их защищенность от коррупции зависят от соотношения долей государственной и частной собственности.