Да, они оставались суровыми и в то же время чистыми людьми, поставившими во главу угла принципы порядочности и верности долгу. Поэтические строки, популярные в дни нашей молодости: «Прежде думай о Родине, а потом о себе», не раз политые язвительным ядом нынешних либералов, для них являлись сутью жизни.
Работать с Бекшаевым и Морозовым было легко. Они напряженно трудились сами, подавая добрый пример подчиненным. Экономика района крепла. Почти половина ардатовских сельхозпредприятий вошла в число миллионеров. Такого взлета в Мордовии к тому времени никто добиться не смог. Хозрасчет и высокие темпы технического перевооружения вывели светотехнический завод в масштабах СССР в число лучших предприятий отрасли.
Ардатовцы стали получать самые высокие в республике урожаи зерновых. Здесь положительное влияние оказала научно отработанная система борьбы с овсюгом. Сорняк этот заполонил большие площади черноземов, глушил хлеба, высасывал из почвы влагу и питательные соки. На овсюг навалились всем миром: сами колхозники, школьные производственные бригады, шефствующие промышленные предприятия.
Долго не давали покоя низкие урожаи сахарной свеклы. Мы пошли на хозяйственный маневр: с колхозов, расположенных на песчаных почвах, план по производству свеклы сняли. Сокращенные объемы разделили между теми, кому повезло расселиться на черноземах. Хозяйства обеспечили новой техникой, обновили семенной фонд, ввели хозрасчетные рычаги материального стимулирования труда.
Помню день, когда впервые за всю историю ардатовского земледелия был выполнен план по производству свеклы. Район ликовал. Но оставалась еще одна нерешенная задача. Касалась она картофеля. Мордовия из года в год срывала его поставки на Север: полярникам, шахтерам, воинским частям. Срывал план и наш район.
На очередном пленуме райкома мы приняли программу развития картофелеводства. Начали с широкомасштабного эксперимента, взвалив его на руководителей и специалистов колхоза имени Ленина. Выбор был не случайным. Во главе хозяйства - прогрессивный, новаторски мыслящий председатель И.А. Прытков. Бекшаев, скупой на похвалу, в узком кругу нередко называл его по-отечески «чудесным мордвином». Колхозное полеводство возглавлял Петр Фомин, агроном от бога. Позднее, когда Бекшаев сложит депутатские полномочия, его место в Верховном Совете СССР займет Фомин.
Борьба за высокие картофельные урожаи поглотила внимание не только районного актива. Все население стало вливаться в этот общий строй: крестьяне, владеющие личными подворьями, рабочие и интеллигенция, осваивающие в пригородах садово-огородные участки. Но отлаженный механизм коллективной инициативы начал давать сбои. В первую очередь - под воздействием внешних сил.
Страсти стали разгораться после республиканского актива. Шел август. Погода стояла солнечная, сухая. Самая благодать для уборки выращенного урожая.
Район в числе первых выполнил план по закупкам зерна. Заканчивался сев озимых. Оставались считанные дни до завершения подъема зяби. Эти агрономические мероприятия райком и райисполком держали под особым прицелом. Не дай бог незасеянным в августе окажется чье-либо поле или до первого сентября не поднимут зябь! Бекшаев голову снесет.
С картофелем дело особое. Убирать его не торопились до 10 сентября. Петр Фомин рассчитал (его данные подтвердили другие агрономы): в конце августа и первой декаде сентября идет активный рост картофеля. В среднем в день его масса увеличивается до 4-5 центнеров с гектара. При новых технологиях выращивания, при учете поздней уборки район выходил на головокружительную для того времени цифру - 220 центнеров с гектара. Среднереспубликанский показатель держался на 110 центнерах, отдельные районы получали по 70-80.
Во все эти тонкости не захотело вникать республиканское начальство. В своем докладе на активе Елистратов «разделал под орех» ардатовцев за отставание с уборкой картофеля. С присущим ему ехидством и озлобленностью прошелся лично по Бекшаеву.
Кузьма Алексеевич не стерпел. Попросил слова. Нужно сказать, что Бекшаев обладал редким даром - ярким ораторским искусством. Мордвин по национальности, он настолько тонко и виртуозно владел русским языком, что можно было заслушаться. (Как ни парадоксально, в Мордовии я запомнил двух руководителей, владеющих русским филигранным словом, - Бекшаева и председателя Совета Министров МАССР И.П. Астайкина. Они родились и выросли в мордовских крестьянских семьях). Косноязычного Елистратова Бекшаев вдребезги разбил знанием дела, блестящим юмором и сочной образной речью. Первый секретарь обкома мог ему противопоставить лишь чиновничьи пошлости и угрозы применить надлежащие оргвыводы.