Проецируя опыт того времени на события современной российской действительности, хочу в который раз повторить: только государственная система воспитания с опорой на широкий спектр общественных молодежных организаций может сдержать рост подростковой преступности. В условиях деятельности народных дружин, педагогических студенческих патрулей, комсомольских комитетов были немыслимы факты, которые приводят в своих сообщениях сегодняшние телевидение и газеты. Детская преступность потрясает не только своей массовостью, но и немыслимой жестокостью.
Вот несколько публикаций из «Комсомольской правды», которая в прошлом писала о целинниках и стройотрядах, творцах БАМа и Братской ГЭС, о детской военно-патриотической игре «Зарница», и о соревнованиях на приз клуба «Золотая шайба». Учащиеся школ бьют учителей во время занятий, пишет газета. Дети избивают друг друга. Так, девочки-сверстницы из города Якутска несколько часов издевались над восьмилетней школьницей, заставляли ее есть собачьи экскременты. А рядом стояли и гоготали двадцать молодых хулиганов, подбрасывая ногами очередные порции дерьма. Или еще один сюжет из Иркутска. Группа молодых людей, куда вошли учащиеся ПТУ и студент мединститута, одурманенные с чьей-то подачи националистическими предрассудками, хладнокровно и расчетливо убили бомжа, беззащитного шестилетнего мальчишку, покушались на жизнь беременной женщины и больного старика. Но они не просто убивали. Свои преступления сдабривали провонявшей расистской идеологией: «Уничтожай русских». Хотя сами родились в русских семьях.
Это уже последняя черта человеческой дикости. Все здравомыслящие люди понимают: волну подросткового насилия нужно останавливать. Но как? Ответ напрашивается сам собой. Необходимо реанимировать те формы и механизмы защиты детей, которые давали добрые результаты.
Почему нейтрализовали народные дружины? Вспоминаю, как с их помощью в Саранске началась атака на так называемых несунов, мелких хапуг, которые тащили из заводских цехов детали приборов, запасные части, продукты питания с предприятий пищевой промышленности.
Объявили месячник, провели тотальное вылавливание крохоборов, оповестили об этом в прессе. И, как говорили в то задиристое время комсомольские активисты, земля загорелась под ногами правонарушителей. Эффект был настолько велик, что на борьбу с «несунами» в столице Мордовии обратила внимание всесильная «Правда», орган ЦК. В передовой статье, посвященной деятельности народных дружин, наш опыт признавался результативным, и его предлагалось брать на вооружение. В Саранск потянулись любители новаций. Они знакомились с нашим опытом и оставляли добрые отзывы, которые иногда проскальзывали на страницы центральных газет. Дружинников добрая слава радовала, разжигала азарт.
Но как сказано в Святом писании, нет пророка в Отечестве своем. Похвала в адрес горкома и персонально второго секретаря пришлась не по нутру первому секретарю обкома А.И. Березину. Свое недовольство он передал М.Т. Храмову, моему непосредственному шефу. Кстати, после возвращения из Москвы я узнал от одного из влиятельных аппаратчиков, что первый секретарь обкома не скрыл раздражения, узнав о том, что меня приглашали перейти на работу в ЦК.
Березин болезненно цеплялся за власть и делал все, чтобы застолбить в ней себя на неограниченное число лет. Просчитывал все ходы. От конференции до конференции вычислял возможных соперников. Пропаганда в Мордовии подчинялась одной задаче: говорить о делах и результатах только одного человека - Березина. В переводе на политический язык это означало утверждение номенклатурной диктатуры в отдельно взятом регионе страны.
Масла в огонь подлила моя монография по проблемам внутризаводского хозрасчета, вышедшая в местном издательстве. Экономисты предприятий оценили ее положительно. Но факт написания книги партработником, да еще молодым, не понравился Березину. Очередную порцию своего гнева он обрушил на беднягу Храмова, боявшегося его до дрожи в коленях. Березин предупредил первого секретаря горкома, чтобы его подчиненные занимались делом, книг не писали, так как для этого есть Союз писателей Мордовии. Вот так и сказал: «Пусть книги об экономике пишут писатели».
Уколы сверху были неприятны. Но жизнь текла своим чередом, выдвигая на первый план конкретные задачи. Дел в городе было непочатый край. Для их реализации требовалось много времени и энергии. Началось строительство музея имени С.Д. Эрьзи, кукольного театра. В плачевном состоянии находился центральный стадион. Приступили к его реконструкции. Организацию строительства и реконструкцию этих объектов бюро горкома возложило персонально на меня.