Столица, главный офис компании «Аэда», 4 подземный этаж, 25 августа. Виктор.
Когда Тиль более–менее пришла в себя, Виктор с трудом скрыл огромное облегчение. Слушая ее рассказ, он наконец–то выстроил потерянные кусочки головоломки — все становилось на свои места. Но от этого ситуация не становилось менее опасной, скорее наоборот. Феникс… О нем следовало знать как можно больше.
— Он тоже может управлять потоками? Переходить по ним из одного места в другое?
— Да и нет. — Тиль продолжала лежать на кровати, не делая попыток встать, и только переводя взгляд с него на потолок и обратно. — Он может управлять потоками — теми, что рядом — но перемещаться из одного места в другое — нет. Не забывай, тело у него вполне реально. И потеря тела для него, в отличие от меня, будет означать смерть.
— Ты говоришь, он совершенно лишен эмоций. Тогда почему он не может решить, что тело ему только мешает, и стать таким как ты?
— Решить он может. Но выполнить — нет. Принцип его существования совершенно противоположный. Все его способности замкнуты напрямую на клетках его головного мозга. В отличие от меня, он более автономен, и не нуждается во внешнем мире.
Вик задумался, продолжая выспрашивать Тиль. Страх Химеры перед Фениксом не имел никаких разумных объяснений. Да она и сама понимала это. Но сделать ничего не могла.
— Вик, я должна оказаться снаружи как можно быстрее. Или я умру.
— Что??? — Последняя фраза Тиль оторвала его от анализа происходящего, и он опять ощутил страх. Страх ее потерять. Невольно он отметил, что она до сих пор так и не встала с кровати… А ее лицо казалось очень бледным, почти полупрозрачным. Ни единой кровинки на губах, и словно по контрасту, глаза казались еще чернее.
— Связь с миром потоков прервалась… Если я ее не восстановлю — я умру. Не знаю, сколько у меня времени. Сколько смогу сохранять энергию без подпитки…
— Значит, надо выбираться. Или найти способ поддержать тебя. Мы справимся, Тиль. Должны. Старайся двигаться поменьше. Экономь силы. — Он говорил, пытаясь ее успокоить и чувствуя, что боится за нее все больше и больше. Виктор встал, ему хотелось действий — все равно каких. Наконец–то до него дошло, что тело Тиль слишком зависело от внешнего мира. Она сама зависела от мира потоков — в отличии от Феникса. Так что неизвестно еще, кто был надежнее защищен.
— Пойду еще раз попробую открыть входную дверь.
— Возьми меня… — На ее лице отразилось напряжение — и странная решимость.
— Уверенна? — Дождавшись легкого кивка, он подхватил девушку на руки и понес к двери. Ее тело казалось почти невесомым. Внезапно она протянула руку вперед и замерла. Вик остановился, пытаясь понять, что происходит, как она внезапно обвисла у него на руках. Страх сжал сердце — но в этот момент Тиль открыла глаза и произнесла.
— Теперь…
Он понял. Аккуратно усадив ее на пол, он направился к двери. На этот раз она открылась без всякого труда, и Виктор выглянул наружу.
Верней, не наружу, а в помещение, куда открывалась еще одна бронированная дверь — прямо напротив. И возле нее лежал человек. Прислушиваясь, Виктор осторожно прошел вперед и склонился над ним, приложив руку к шее. Пульса не было — а кожа была холодной. Человек в форме охранника компании был мертв.
В полуоткрытую дверь он увидел небольшую комнату, забитую непонятным оборудованием, в том числе несколькими большими газовыми баллонами, приборами, определить назначение которых он не мог — не лаборатория, но что–то очень и очень похожее. Не в силах сдержать любопытства, Виктор переступил порог.
Здесь было еще четыре тела — трое охранников и человек, которого, он казалось, где–то видел. На лице одного из охранников был запечатлен дикий ужас… Тело было совершенно холодным. Вик еще раз быстро огляделся — отсюда выходило две двери и обе были закрыты. Благоразумие, победив, наконец, любопытство, велело ни в коем случае их не трогать. Шагнув к выходу, он все же остановился и склонился над телом человека, показавшегося ему знакомым.