Тера покачала головой.
— Я не уверена, что паттхи даже догадываются о гравитационном генераторе, — ответила она, и что-то было в ее голосе такое, что у меня мурашки по спине побежали. — Я же сказала, наша команда еще не успела ничего расшифровать. Но гравитационный генератор — это не единственное, что еще продолжает работать. Большинство электроники в малой сфере находится, похоже, в режиме ожидания, и с нее было снято множество показателей. Волновой анализ, конфигурация цепей и тому подобное.
Она глубоко вздохнула.
— Ученые были не вполне уверены, — тихо сказала она. — Они еще многого не смогли понять. Но то, что им удалось выяснить из образцов срабатывания распределения энергии и даже из геометрических размеров компонентов… в общем, они думают, что это гипердрайв.
Я взглянул на Иксиля.
— Что за гипердрайв? — осторожно спросил он.
— Скоростной, — ответила она. — Сверхскоростной. Из вычислений получается, что он позволит развивать скорость в двадцать раз большую, чем двигатели паттхов.
А ради этого, — тихо сказал Иксиль, — паттхи пойдут и на убийство.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Мы оставили Теру досыпать (ну, или ворочаться без сна после такой бодрящей беседы) и продолжили закрытое заседание военного совета в рубке «Икара». Там мы застали Шоуна, сонно несущего вахту. Парнишка охотно согласился, чтобы я его сменил, и отправился в свою каюту — отрабатывать взаимодействие щеки с подушкой. Шел он, слегка пошатываясь, будто пьяный, из чего я сделал вывод, что Шоун еще не совсем оправился от приступа болезни Коула. Или, что не менее вероятно, от ломки.
В рубке мы смогли вздохнуть свободно — тут нам была обеспечена вся необходимая защита от чужих ушей. Насколько это вообще возможно на борту «Икара», конечно. Но вот ответы на насущные вопросы сами собой в наши головы приходить не спешили даже в рубке.
— Маловероятно, но вполне возможно, — глубокомысленно заметил я, наблюдая, как хорьки проворно карабкаются вниз по ногам моего напарника и разбегаются по своим постам в коридоре и у внутреннего корпуса. — По-моему, после нашей милой беседы с мисс Камерон все только запуталось еще больше.
— Отнюдь, — возразил Иксиль. — Раньше мы искали загадочного убийцу-диверсанта на борту «Икара». Теперь осталось найти только загадочного убийцу.
— Да уж, какое облегчение! — фыркнул я.
— К тому же мы можем вычеркнуть Теру из списка подозреваемых, — продолжал он, пропустив мой сарказм мимо ушей. — Таким образом, остаются только Никабар, Чорт, Шоун и Эверет. Это уже что-то.
— Если только все, что она нам рассказала, — правда, — предупредил я. — Не забывай, что фотография, которую прислал дядя Артур, не слишком-то совпадает с оригиналом. Барышня может быть просто умелой лгуньей с талантом к импровизации,
— В самом деле? — отозвался Иксиль. Говорил он своим обычным великосветским тоном, но с легким оттенком сарказма — это максимум, на что способен каликси по части язвительности. — И откуда же исходит гравитационное поле большой сферы, из умения лгать или из таланта импровизации?
— Ну ладно, ладно, — проворчал я, сдаваясь. — Тера чиста, как искусственный снег. Но не забывай, что, если даже она и есть та, за кого себя выдает, наши цели могут совпадать далеко не полностью.
— Так и быть, — великодушно согласился он. — Тогда где же начинаются новые загадки, которые тебя смущают?
— Там, где остался Камерон, — ответил я. — При всем моем к тебе уважении твоя версия о похищении что-то не вызывает у меня особого доверия. Если команда соперников была достаточно осведомлена, чтобы попасть сюда и похитить Камерона, то почему они не захватили«Икар», пока были на борту?
— Возможно, они просто не знают его настоящего значения, — высказал предположение Иксиль. — Может быть, они думали, что все ценное скрыто в грузовом трюме, и боялись, что у них не хватит времени забраться туда.
— Тогда почему они разрешили нам покинуть планету? — возразил я. — Должны же они хоть приблизительно представлять себе, за чем охотятся. Никто не станет назначать награду в сто тысяч, исходя исключительно из умозрительных рассуждений.
— Не обязательно, — возразил Иксиль. — Возможно, им известно лишь, что «Икар» везет нечто такое, что Камерон считает чрезвычайно необходимым доставить на Землю. Им просто любопытно, что бы это могло быть. Вполне вероятно, потому в таможню и поступил донос о контрабанде: чтобы у злоумышленника появился повод заглянуть в наш грузовой трюм.
Я прикинул так и эдак и решил, что мысль не такая уж и абсурдная, как кажется на первый взгляд.