— Минуточку, — нахмурился я. — Откуда вы все это знаете? Тера говорила, что археологи на Мейме не очень-то далеко продвинулись в расшифровке.
Камерон пожал плечами.
— Ну и что же. Я пробыл здесь уже одиннадцать дней, — напомнил он. — Не мог же я просто так сидеть сложа руки. Может быть, ты и не знаешь, но когда-то я был стипендиатом Трем'скай и специализировался на инопланетных культурах. В юности я прослушал хороший курс археологии и ксенолингвистики.
Эта его тщательно продуманная речь предназначалась, чтобы запудрить мозги доверчивому простофиле, чтобы тот поразился образованности собеседника и расслабился. Но у меня было не то настроение, чтобы поражаться, не говоря уже о том, чтобы расслабиться.
— Не надо мне вакуум грузить, — спокойно сказал я. — Вы прослушали курс археологии и три курса инопланетных языков, но все это базировалось уже на известных расах и не имело никакого отношения к расшифровке письменности неизвестных цивилизаций. А почетную стипендию Трем’скай вы получили от университета имени Капланина, когда пожертвовали им пятьдесят миллионов коммерц-марок на новый археологический центр.
Камерон окаменел лицом.
— Ты очень хорошо осведомлен, — тихо сказал он. — Можно только подивиться, откуда у тебя подобная информация? И зачем она тебе?
— Откуда информация? Просто у меня есть друзья с хорошей памятью, — ответил я. — А зачем — еще проще: я люблю знать, на кого работаю. Не мог же я принять все, что вы мне тогда рассказали, на веру.
Камерон продолжал недоверчиво разглядывать меня.
— Ты должен понимать, что у меня были причины не рассказывать правды о себе и своих планах, — сказал он. — А каковы твои объяснения?
— Мне нравится моя жизнь, — ответил я ему. — Имеется в виду не то, как я сейчас перебиваюсь, а сама базовая концепция продолжения существования.
— А как ты сейчас перебиваешься?
— Так себе, — признался я. — Но мы отвлеклись. Откуда вы столько узнали про портал?
Несколько секунд мы играли в гляделки. Камерон отвел взгляд первым. Наверное, он был слишком истощен, чтобы продолжать.
— Элейна этого не знает, — сказал он, — но, когда мы прибыли на Мейму для сборки «Икара», археологи уже расшифровали большую часть записей. Преодолев этот барьер, мы сумели получить определенные знания и о принципе работы нашего экспоната. Он закусил губу.
— Хотя мы все еще продолжали думать, что имеем дело с гипердрайвом нового типа, а дисплеи, показывающие точку нахождения и точку назначения, имеют отношение к навигации.
— Итак, где же все эти знания? — спросил я. — Не будете же вы мне говорить, что вы все их держите в голове.
Камерон снова посмотрел на меня с подозрением.
— А зачем тебе это знать?
— С вами может что-нибудь случиться, — терпеливо принялся объяснять я. — Не знаю уж, думали вы об этом или нет, но вы теперь в своем роде «последний из могикан». Ихмисы устроили облаву на ваших людей и схватили их. Может быть, власти Меймы уже передали их паттхам; я не в курсе последних новостей. Если они сумеют захватить вас, хорошие парни проиграют.
— А если ты будешь знать, где хранятся эти данные, ты можешь поддаться искушению продать их в обмен на жизнь, которую ты так любишь, — возразил он. — Думаю, будет безопаснее, если я на какое-то время оставлю свой маленький секрет при себе.
— Не сдаваться до последнего перед лицом превосходящего численностью противника, — фыркнул я, — хорошо в мелодраме, но в реальной жизни до добра не доводит. Посмотрите в лицо правде, Камерон. Вам угрожает опасность, вы не можете быть уверены, что произойдет с вами завтра. Вам придется рискнуть и кому-то довериться. Так уж сложилось, что единственный кандидат на должность доверенного лица — это я.
И опять он неохотно отвел глаза.
— Полагаю, ты прав, — во вздохом сказал Камерон. — Ну ладно. Данные собраны вот здесь, в моем блокноте.
Если что-то со мной случится, Элейна или мой старший помощник, Стен Звери, смогут найти и расшифровать их.
— Понятно. — Я понимал, что он не сказал мне всей правды, но на данный момент с меня и того было довольно. — Ладно, как только я вернусь на «Икар», я перешлю вам продукты и воду. Ваш походный туалет нормально работает?
— Минуточку, — всполошился он. — Что значит, как только ты вернешься? Мы можем вернуться оба, это устройство не требует, чтобы кто-то сидел здесь и управлял им.
Я покачал головой.
— Извините, но думаю, что вам еще рано объявлять о своим присутствии. Забыл сказать: мы разобрали большую часть внутреннего устройства корабля. Так будет гораздо безопаснее возвращаться, но это также означает, что теперь у нас на борту негде спрятаться. Если вы вдруг объявитесь, кое-кому может броситься в глаза.