Нет, это издевательство!
У них нет мяса!
Совсем!
Ладно, но хоть птица или рыба есть?! Да, птица - это не мясо. Мясо – это одно. Птица – это птица.
Нет.
Р-р-р-р-р-р-р!
Я есть хочу!
В конце концов, под жалобные вопли желудка, зашла в первый попавшийся ресторан и заказала себе эльфийскую еду.
Без слез не взглянешь!
Пара салатов. Один из зелени и орехов, второй из фруктов. На первое трава, в смысле, полезная зелень, чуть разбавленная овощами. На второе овощи, разбавленные зеленью. Сверху ягодка. На десерт… яблоки.
Все!
Издевательство!
Желудок бурчал, ворчал, но не возражал. Так как хотел, просто страстно жаждал есть. Я морщилась, кривилась, но ела.
Ах да! Мне еще сок принесли. Зеленый.
Вышла из ресторана я в странном состоянии. Вроде бы поела, но… ощущения, что нет.
Тоскливо вздохнула и пошла искать объект для любви. Может, хоть у него есть еда. А то так долго я не протяну.
Итак, объект – эльф. Цель – любовь.
Так как план с памятником провалился, решила действовать более широко. Рассматриваем всех эльфов. А то, боюсь, моя тонкая душевная организация не выдержит эльфийское искусство.
Поэтому я решительно свернула на самую эльфопопулярную улицу.
Она была широкой, длинной и многоэльфной.
То, что надо!
Внимательным взглядом окинула проходивших мимо эльфов и двинулась вперед, стараясь не упустить ни одного представителя мужского населения.
Ух! Сложно.
Мужчин много, а у меня глаза только два.
Но ничего, ради крыльев справлюсь.
Через час лицезрения длинных ушей и светлых макушек я поняла, что, кажется, мне нравятся брюнеты. Через два часа заподозрила у себя признаки нелюбви к эльфам. Через три поняла, что я плохая фея, так как тянет делать исключительно гадости этим ушастым.
Ну нельзя же все время ходить с таким лицом!
Нет, вы представляете. Эти длинноухие все (я подчеркиваю!), все ходят с надменной мо… с надменностью и высокомерием на благородном лике.
Да у меня уже все чешется от пролитого на меня презрения!
Знаете, даже в какой-то момент поймала себя на мысли, что, может, я и вправду недоразвитая и ущербная.
Мне это не понравилась. Сильно.
Отвела душу, сделав мелкие пакости. Ничего, смена цвета волос еще никому не вредила. Не могу больше лицезреть светловолосых!
Ой!
-Извините! – искренне извинилась я перед скрипевшим зубами эльфом.
Засмотрелась и случайно столкнулась. И нечего так кривиться, я только руку эльфа задела. Но чувство, что его в лужу уронила.
На меня посмотрели, как на ничтожество, и, надменно поморщившись, величественно пошли дальше.
Все мое раскаяние испарилось. Проводила взглядом мужчину и незаметно феянула. Ему полезно будет. Подумаешь, теперь у него на всем теле сердечки розовые. А если попытается их свести, на что я очень рассчитываю, то они увеличатся и светиться начнут. А особенно много сердечек на… кхм… спине.
А снять такое сложно. Легче дождаться, пока само сойдет.
М-да.
Что-то сегодня не охотится. В смысле, эльфы все… не такие. Но сдаваться еще рано. Не могут же они быть все такие!
Ну-у, я искренне на это надеюсь.
Подумав, я пошла в сторону дома своих родственников. Устала я. Да и денек сегодня активный был и богатый на события. Особенно на презрение.
Зашла по дороге в лавку, купила себе орешков. Если так и дальше пойдет, то я стану ореховой феей.
Грустно.
После десяти минут стука в двери мне ее все-таки открыли. И нет, это не дворецкий-эльф так долго шел. Он за дверью стоял, я слышала! И ждал, может, я уйду.
Вот… эльф!
Но фея, то есть я, была расстроенная, слегка голодная, а это плохо. Для окружающих.
Расстроенные феи хуже расстроенных ведьм. Те, когда расстроены, отомстят и забудут, потом снова отомстят и снова забудут.