…в особенности если он знал, кто на самом деле был ее отцом…
Я решил, на чьей я стороне. Джеймс — хороший парень. Если он будет утверждать противоположное, не верьте ему.
Глава 18
Вулфи поражался тому, насколько мудр Лис. Вулфи-то прекрасно знал, что Лису известно абсолютно все. Мальчуган понял это по тому, как улыбнулся Лис, слушая Беллу. Иво вместе с группой пильщиков пошел продолжать работу, а она с Сэйди собиралась сменить охрану у каната.
— Ах да, совсем забыла, еще репортерша приходила, — добавила Белла. — Я объяснила ей все относительно правил захвата ничейной земли, и она ушла.
Вулфи понял все и по интонации, с которой Лис похвалил Беллу:
— Превосходная работа.
Белла с облегчением вздохнула.
— Ну что, тогда мы пойдем? — сказала она, указав на Сэйди.
Лис преградил ей дорогу.
— Ты мне понадобишься для одного телефонного звонка. Я позову тебя, когда буду готов.
Белла ответила Лису резко и грубо:
— Пошел ты знаешь куда! Я, между прочим, тебе не паршивая секретарша. Сам позвонишь, если надо.
— Мне нужно узнать адрес одного человека, проживающего в здешних местах, и у меня есть основания полагать, что мужчине этот адрес не дадут. А вот женщине могут.
— И чей это адрес?
— Какая разница? — Лис выдержал пристальный взгляд Беллы. — Одной женщины. Известной под именем капитана Нэнси Смит из Королевских инженерных войск. Просто нужно позвонить ее родителям и узнать, где она. Зачем делать из такой мелочи проблему, Белла?
Белла с наигранным равнодушием пожала плечами, но Вулфи подумал, что зря она опустила глаза — сразу стала выглядеть виноватой.
— А зачем тебе понадобилась армейская шлюшка, Лис? Тебе что, не с кем здесь поразвлечься?
По его лицу медленно расплылась улыбка.
— Твои слова рассматривать как предложение?
Между ними промелькнуло нечто такое, что Вулфи не совсем понял, после чего Белла сделала шаг в сторону и прошла мимо Лиса.
— Слишком ты мутный для меня, Лис, — ответила она. — Неизвестно, куда ты бабу заведешь, если она с тобой закрутит.
Вернувшись, Марк обнаружил полковника в библиотеке за столом. Казалось, тот с головой ушел в размышления и не заметил его.
— Вы позвонили ей? — напряженно спросил Марк, опершись на деревянную столешницу.
Старик вздрогнул. Резким движением, с неприятным пронзительным скрипом по паркету он отодвинулся от стола, пытаясь хоть немного выиграть время. Лицо полковника посерело.
— Извините, — смутился Марк. — Я просто хотел узнать, позвонили ли вы Нэнси?
Джеймс нервно провел кончиком языка по губам, однако прошло несколько секунд, прежде чем он совладал с собой настолько, что смог ответить на вопрос Марка.
— Вы меня очень напугали. Я полагал, что вошел… — Он не закончил фразу.
— Кто? Лео?
Джеймс устало отмахнулся.
— Я написал вам официальное письмо… — сказал он, взглянув на листок бумаги на столе, — с просьбой предоставить мне полный счет за ваши услуги и вернуть все документы, имеющие отношение к моим делам. Я постараюсь уладить все вопросы относительно вашего вознаграждения, Марк, как можно скорее, после чего можете считать все ваши отношения с моей семьей законченными. В этом письме я выражаю свою признательность — с той теплотой, на которую я только способен в сложившихся обстоятельствах — за все, что вы сделали для Алисы и для меня самого, и я прошу от вас только сохранения в тайне всех обстоятельств моих личных проблем… — он сделал паузу, которая показалась Марку особенно тягостной —…прежде всего в вопросах, касающихся Нэнси.
— Могу вам обещать, что никогда не обману вашего доверия.
— Спасибо. — Полковник дрожащей рукой подписал письмо и сделал попытку сложить его и засунуть в конверт. — Мне очень жаль, что приходится все заканчивать таким образом. Поверьте, я очень высоко ценю доброту, которую вы проявляли по отношению ко мне на протяжении последних двух лет. — Он отложил конверт и протянул письмо Марку. — Я очень хорошо понимаю, насколько сложным было для вас выполнение этого чертовски неприятного дела. Боюсь, нам обоим не хватает Алисы. Она умела видеть многое в истинном свете. К несчастью, мы оба лишены подобного дара.
Марк не стал брать письмо, он просто опустился в кожаное кресло напротив стола.
— Не думайте, Джеймс, что я собираюсь умолять вас не увольнять меня. Я оказался совершенно бесполезным адвокатом, и вы, вероятно, поступаете правильно, избавляясь от меня. Но мне хотелось бы просто извиниться за все, что я говорил вам. Мне нет прощения за многие из тех мыслей, которые в последние дни приходили мне в голову, за исключением, пожалуй, того, что вы дали мне прослушать пленки без какого-либо предупреждения и объяснения. Все вместе они произвели на меня грандиозное впечатление, тем более что я знал: некоторые из упоминаемых на них фактов соответствуют истине. Самым сложным из всего оказалась сама Нэнси. Она ведь на самом деле могла быть вашей дочерью. Ее внешность, манеры, личность — все… Иногда возникало впечатление, что говоришь с вами, только в женском обличье. — Марк покачал головой. — У нее даже глаза ваши, карие, а не голубые, как у Элизабет. Я знаю, что существует некая закономерность относительно этого феномена — закон Менделя, по-моему, который гласит, что у нее не могло быть голубоглазого отца. Но конечно, он не дает оснований утверждать, что им был ближайший кареглазый мужчина. Я клоню к тому, что все-таки подвел вас. Во второй уже раз я выслушал крайне неприятные факты, изложенные по телефону, и, как и в первый раз, поверил им. — Он сделал паузу. — Я поступил в высшей степени непрофессионально.