— Нет, — откровенно признался мальчик. — Я никогда не болел.
Интересно, есть ли у него свидетельство о рождении, подумала Белла, знают ли власти о его существовании?
— А как зовут твою маму?
— Лисиха.
— Что, у нее нет другого имени?
Мальчик ответил ей с набитым ртом:
— Как у Лиса? Проклятая?.. Я один раз спросил ее, и она сказала, что только Лиса зовут Проклятым.
— Да, что-то в этом роде. Я имела в виду фамилию. Моя фамилия Престон. Меня зовут Белла Престон. Моих девочек — Тэнни, Гэбби и Молли Престон. У твоей мамы была фамилия?
Вулфи отрицательно покачал головой.
— Ну, Лис когда-нибудь называл ее как-то по-другому, не Лисихой?
Вулфи бросил взгляд на девочек.
— Только сучкой, — ответил он и вновь постарался запихнуть в рот как можно больше макарон.
Белла улыбнулась, она не хотела, чтобы ее дети знали, в каком ужасном положении находится мальчишка. Теперь поведение Лиса заметно отличалась от того, которое он демонстрировал в Бартон-Эдже, и не только она, но и многие другие члены их группы заметили, что он явно реализует совсем не тот план захвата ничейной земли, который предложил пять месяцев назад, а какой-то другой. Тогда Лис особое внимание уделял семейным ценностям.
— Шансов у нас значительно больше, чем четырнадцать миллионов к одному, как бывает при покупке лотерейного билета, но с юридической точки зрения все абсолютно законно, — заявлял тогда Лис. — В худшем случае вы останетесь там до тех пор, пока заинтересованные стороны не начнут судебное дело против вас. Этого времени вам вполне хватит на то, чтобы ваших детей зарегистрировали в местной поликлинике и они смогли бы поучиться в настоящей школе. Подобная процедура займет никак не меньше шести месяцев, а скорее всего значительно больше. В лучшем же случае у каждого из вас будет собственный дом. Разве подобная перспектива не стоит того, чтобы ради нее по-настоящему рискнуть?
Никто, конечно, особенно не верил его посулам. По крайней мере Белла им не верила. Самое большее, на что она могла рассчитывать, — жалкое жилье в какой-нибудь Богом и людьми забытой местности, и подобное будущее устраивало ее значительно меньше, чем привычное бродяжничество. Белле хотелось безопасности и свободы для своих детей, а не разлагающего влияния грязной шпаны в каком-нибудь блошином районе, воняющем нищетой и уголовщиной. Но Лис сумел убедить многих из них хотя бы сделать попытку.
— Вы ведь ничего не теряете! — говорил он.
Белла встретилась с Лисом только еще один раз в промежуток между их первой встречей в Бартон-Эдже и формированием конвоя из автофургонов прошлой ночью. Все остальные согласования проводились по телефону и по рации. Никто из членов группы, кроме самого Лиса, не знал, где находится «ничейная земля» — им просто сказали, что она расположена где-то на юго-западе. Единственная дополнительная встреча потребовалась лишь для окончательного определения состава группы. К тому времени слухи о проекте распространились довольно широко, и возникла даже серьезная конкуренция на участие в «экспедиции». Однако Лис ограничил количество членов группы шестью автофургонами, и выбор делал он сам. Первым его условием было наличие у участников «экспедиции» детей. Белла тогда спросила его, кто дал ему право играть роль Господа Бога, и он ответил:
— Только я один знаю, куда мы едем.
Единственным логическим основанием выбора Лиса было отсутствие дружеских связей между членами группы, чтобы никто не мог угрожать его руководящему положению в ней. Белла возражала против этого. Она настаивала на том, что группа друзей, объединенных давней взаимной привязанностью, будет во всех отношениях значительно более успешной, чем сборище ничем не связанных между собой и чужих друг другу людей. Ей было просто и грубо сказано: «Либо ты принимаешь мои условия, либо уходишь». Белле ничего не оставалось, как капитулировать. Любая мечта — даже строительство такого воздушного замка, которое им предлагал Лис, — стоила того, чтобы за нее побороться.
— Лис — твой отец? — спросила она Вулфи.
— Наверное, да. Мама говорила, что отец.
У Беллы давно возникали сомнения по этому поводу. Она помнила, как мать Вулфи говорила, что мальчик очень похож на отца, но Белла не находила ни малейшего сходства между Вулфи и Лисом.
— А ты всегда с ним жил? — спросила она.
— Да, конечно, но только он часто надолго уходил.
— И куда он уходил?
— Не знаю.
В тюрьму, решила Белла.
— И сколько времени его не было?
— Не знаю.
Она собрала соус в его тарелке кусочком хлеба и протянула Вулфи.