— Возможно, я так и сделал бы, если бы был уверен, что она там, но она ведь шлюха. Кантуется где-то с каким-нибудь сутенером, готовым ее терпеть, пока она доставляет ему героин и бабки. Подобное и раньше случалось. У нее ведь забрали первого ребенка, и с тех пор она хуже смерти боялась полиции и социальных работников.
— Но ты ведь не можешь просто так ее бросить! — возразила Белла. — А как же Каб?
— А что такое?
— Он твой сын?
Он с усмешкой взглянул на нее:
— Боюсь, что нет. За маленького ублюдка несет ответственность кто-то другой.
Джеймсу захотелось обсудить вопрос о бродягах, и Нэнси обрадовалась, что разговор перешел на другую тему. Девушку совсем не радовала перспектива разговоров о ней самой и ее впечатлениях от фотографий. Несколько раз, обмениваясь взглядами с Марком, сидевшим напротив, она заметила, что его удивил столь сильный и внезапный интерес Джеймса к скваттерам в Роще, и она даже пожалела, что не знает, что они обсуждали во время ее отсутствия. Тему о зверски убитых лисах старик как-то слишком поспешно замял.
— Я не хочу говорить об этом, — резко сказал он.
— Марк, убедитесь, пожалуйста, что стол достаточно чист. Она очень воспитанная молодая дама. Я не хочу, чтобы она сказала своей матери, что я живу в свинарнике.
— Но он же чистый.
— Я не брился сегодня утром. Это заметно?
— Вы выглядите превосходно.
— Мне следовало бы надеть костюм.
— Вы выглядите превосходно.
— Нет, я совершенно убежден, что произвожу разочаровывающее впечатление. Думаю, она ожидала увидеть кого-то значительно более впечатляющего.
— Вы ошибаетесь.
— Я стал таким старым занудой. Как вы думаете, ее заинтересуют семейные дневники?
— Думаю, что в данный момент нет.
— Возможно, мне следует спросить ее о Смитах? Я не совсем осведомлен относительно того, что в подобных случаях требуют правила этикета.
— Сомневаюсь, что на сей счет существуют какие-то определенные правила. Просто будьте самим собой.
— О, вы не представляете, как это сложно! У меня из головы не выходят те жуткие телефонные звонки.
— Вы держитесь замечательно. Вы ей очень нравитесь, Джеймс.
— Вы уверены, Марк? Вы не пытаетесь просто сказать мне что-то приятное?
Джеймс подробно расспрашивал Марка о законах относительно присвоения ничейных земель, учета земельных участков, права проживания и пользования землей. Наконец он отодвинул в сторону тарелку и попросил молодого человека повторить, что сказали ему о бродягах Дик Уэлдон и Элеонора Бартлетт.
— Очень, очень странно, — задумчиво произнес он, когда Марк упомянул о шарфах, которыми у захватчиков была обвязана нижняя часть лица. — Зачем им так маскироваться?
Марк пожал плечами.
— На тот случай, если появится полиция? — предположил он. — Вероятно, снимки их физиономий можно отыскать в большинстве полицейских участков Англии.
— Мне кажется, вы упомянули, что, по словам Дика, полиция совсем не склонна вмешиваться в это дело.
— Да, он именно так и сказал… — Марк сделал паузу. — Но почему вы так заинтересовались?
Джеймс покачал головой:
— Со временем мы обязательно узнаем, кто они такие, поэтому зачем им сейчас скрывать свои лица?
— На тех, кого я видела в бинокль, были шарфы и вязаные шапки, — сказала Нэнси. — Они действительно были как-то уж не по погоде укутаны. Значит, Марк скорее всего прав — они боятся быть узнанными.
Джеймс кивнул.
— Видимо, да, — согласился он. — Но узнанными кем?
— Естественно, не Элеонорой Бартлетт, — ответил Марк. — Она настаивала на том, что никогда раньше их не видела.
— М-м… — Какое-то время полковник задумчиво молчал, затем улыбнулся обоим своим гостям. — Возможно, они боятся меня? Ведь, как совершенно справедливо заметили мои соседи, эти люди остановились буквально у меня на пороге. Может быть, нам стоит пойти и побеседовать с ними? Если мы перейдем заграждение у канавы и пройдем через лес, то застанем их врасплох, зайдя с тыла. А прогулка в любом случае пойдет нам на пользу. Как думаете?
С ними разговаривал человек, которого Марк когда-то знал — человек действия. Он улыбнулся ему и перевел вопросительный взгляд на Нэнси.
— Я с вами, — кивнула она. — Как кто-то когда-то сказал: «Узнай своего врага?» Было бы крайне неприятно пристрелить по ошибке совершенно невинного человека.
— Но с чего вы взяли, что они наши враги? — запротестовал Марк.
В глазах Нэнси появилась шаловливая искорка.
— А может быть, нам повезет, и они окажутся врагами нашего врага.