Эта девушка была шестой. Зеон даже не трудился запоминать их имена. Что его интересовало, так это как поведет себя герцог, когда не сработает седьмой вариант. Зайдет на второй круг в надежде, что Зеон рано или поздно дозреет? Или все-таки начнет пристраивать свое разросшееся семейство в другие места?
Надо съездить в храм, решил Зеон, вернувшись к мыслям об Иссен-Эри. Или лучше послать туда Лотана? Пусть приобщается. Хотя у него в голове девушки в прятки играют. Может, понадеяться на Эльдгарда? С момента своего появления этот вампир ни разу не давал повода усомниться в себе. Все-таки лучше Лотан. Мысль о младшем брате, тоскливо кукующем в Хаюссе вдали от столичных трактиров, значительно подняла Зеону настроение.
Трудно было ожидать, что в ночной час у старой твердыни долины Нидхега будет кто-то ошиваться. Собственно, тут и в дневное время толпы не наблюдалось. Разве что страну в очередной раз поразила какая-то иноземная пакость в виде мора или заезжих бандитов-ворлоков. Хозяина это вполне устраивало: и то и другое случалось не слишком часто, а с прочими проблемами худо-бедно население справлялось само. Устраивало это и того, кто в данный момент, преодолев крепостные укрепления, оказался перед цитаделью. Было ему на вид лет двадцать пять. Небрежно собранные в хвост длинные черные волосы и отделанная серебром кожаная одежда выдавали в нем аристократа. А немалый слой дорожной грязи на этой самой одежде и синяки под глазами — человека, прожившего на редкость паршивый день.
Молодой человек на мгновение замялся, выбирая, откуда именно ему следует попасть внутрь замка. Отклонив варианты парадного и черного входов, где его могли увидеть слуги, он со вздохом подергал усы плюща, прочно захватившего всю южную стену строения. По идее, это пожилое растение, пережившее не одно поколение хозяев замка, должно было выдержать такое унижение. Молодой человек снова вздохнул и начал восхождение. До карниза второго этажа все шло гладко, потом под ногой что-то хрустнуло и подалось. Парень невнятно чертыхнулся и повис на карнизе на одних руках, предотвращая позорный полет к центру земли. С трудом подтянувшись и устроившись на подоконнике, он счел, что от добра добра не ищут и лучше залезть не в то окно, чем валяться в палисаднике с разбитой башкой. Брату на радость, енотам на удивление.
Молодой человек замер на подоконнике, прислушиваясь. Замок хранил молчание. Непрошеный гость осторожно выдохнул: похоже, ему повезло, брат еще не вернулся. Комнаты были наполнены гулкой темнотой. Осталась ерунда — положить амулет на место и сделать вид, что так и было. Парень осторожно ступил на каменные плиты, безуспешно пытаясь разглядеть препятствия на пути. Последствия путешествия сказывались с неотвратимостью секиры палача: ночное зрение отказало совсем. Пришлось старательно растопырить руки, чтобы предотвратить порчу мебели и своего организма. Оставалось только надеяться, что его никто не заметит в таком виде.
Шорох за спиной заставил молодого человека инстинктивно отскочить, но он опоздал. Кто-то тяжелый навалился на него, прижал к полу, острые когти впились в плечи, пронзив тонкую кожу куртки, длинные зубы отчетливо клацнули над ухом.
По пустому дому прокатился вопль:
— Эльдгард, ублюдок!!!
В комнате вспыхнули свечи. Молодой человек резко обернулся и недовольно уставился на хохочущего приятеля.
— Ты что, со склепа навернулся, урод?! Я чуть когти не склеил!!
Эльдгард перестал смеяться и изучающе осмотрел жертву. Вертикальные зрачки льдисто-голубых глаз задумчиво сузились.
— А у тебя что, Лот, еноты в ушах? Кто хвастался, что чувствует меня раньше, чем я подумаю о том, чтобы лицезреть твою поганую смазливую физиономию?
— Значит, ты подумал недостаточно громко, — огрызнулся Лотан, с трудом поднимаясь. — А у «поганой физиономии» все мысли о том, вернулся ли Зеон, заинтересовался ли моим отсутствием, а тут ты играешь в призрака Туманных каменоломен… Куртку порвал, скотина… Воистину у вампиров проблемы с чувством юмора.
— Это у тебя проблемы с моим чувством юмора. — Эльдгард передернул плечами, словно стряхивая все обвинения. — Ну?..
— Что «ну»? — Лотан взял канделябр и открыл дверь в коридор.
— Рассказывай, дружок, где тебя носило и что ты интересного оттуда вынес.
— Себя вынес, — проворчал Лотан, — и меня эта добыча вполне устраивает.
Брат действительно еще не возвращался. Отсвечивающие зеленоватым светом печати на двери были нетронуты. Лотан возвел глаза к потолку и, вознеся хвалу всем за такое счастье ответственным, повернул ключ.