- Так, просто интуиция. На мысль меня навел Ливан. Там есть большая чеченская община. Но что это значит для Петра? Зачем ему принимать участие в таком темном деле? Какая ему от этого выгода? Я уж не говорю об опасности со стороны властей?
- Ты права. Это очень большой риск. Любое волнение в Чечне означает падение активов Петра в России. До сих пор он был в хороших отношениях с властью... Но может быть, это дело Костакина, а не Петра. Костакин сочинил эту туркменскую сделку, чтобы позволить Урабанку прикарманить сто миллионов долларов. От этой суммы семьдесят пять миллионов долларов вернулись к Костакину. Они предназначались для покупки "Polar Oil" и для каких-то приобретений в Ливане. Может быть, оружия? Петя очевидный посредник. Он так же, как и мы, знает не все.
Силуэты мужчины и женщины хорошо были видны на фоне освещенного окна. Стоя в зарослях тростника, человек в охотничьей ветровке разглядывал в оптический прицел обнявшихся мужчину и женщину. У него была фотография женщины, которую надо было уничтожить. Появление рядом с ней мужчины его удивило. Он этого не ожидал.
29
Олег и Надя вышли немного пройтись. Солнце наконец проглянуло через облака, и вода осветилась, отразив причудливые тени Рок-дю-Беф и Урет-де-Шатийон. Несколько диких уток скользило по воде между красивых, покрытых лаком лодок. Молодые люди остановились у воды и долго молчали, вбирая в себя красоту этого места. Первым нарушил молчание Олег:
- Я слышу какое-то урчание. Ты слышишь?
Молодая женщина встрепенулась. Ее зрачки расширились. Взгляд выражал тоскливое напряжение и беспокойство.
- Ты думаешь, они здесь?
- Всего можно ожидать. Если Костакин такой, как ты рассказываешь. Вообще это зависит от двух вещей: от того, какие у него средства, и от того, как он себя видит. Успокойся, ты все сделала правильно. Особенно хорошо, что ты пошла пешком, не спрашивая ни у кого пути.
Некоторое время Надя вглядывалась в прозрачную воду озера. Но беспокойство по-прежнему затемняло её зеленые глаза.
- А что дальше? Что мы будем делать дальше? Мы же не проведем здесь всю оставшуюся жизнь? Здесь, в аббатстве Таллуар, все кажется так просто и прекрасно, но ведь надо возвращаться.
- Да, конечно. Мы вернемся в Москву.
- Прямо в пасть волку.
- Конечно. Но там мы как-то можем действовать. Ты поживешь какое-то время у меня. Или я тебя поселю там, где тебя никто не найдет. Мы здесь не в безопасности. Чтобы тебя найти, им понадобится двое суток.
- А что ты будешь делать в Москве?
- Я мобилизую все свои связи, все знакомства, буду стучаться во все двери...
- Но это опасно, Олег.
- У меня есть и кое-что про запас... Старые контакты. Не волнуйся, Надя, - сказал он, целуя её в щеку. Она положила ему голову на плечо. В это время снова раздался звук, похожий на хрип.
- Да это же мобильник. Смотри, семнадцать раз кто-то звонил и продолжает звонить. А номер того, кто тебе звонит, у тебя не высвечивается?
- Нет.
- Ответь, - приказал Олег.
- Зачем?
- Ответь, но, если это Костакин, я тебе просигнализирую, когда надо будет повесить трубку, чтобы он не смог установить твое местонахождение.
Надя приложила трубку к уху. Олег прислонился к Надиной щеке, напряженно прислушиваясь.
- Ты с ума сошла! Где ты пропадаешь? - завопил Петр.
- Ты меня напугал, Петя. И ещё этот Костакин... он тебя во что-то втравил...
- Костакин - мой партнер по бизнесу. Не будь дурочкой...
- Ты знаешь, что мне кое-что стало известно. И Костакин это знает. Ты сам ему об этом сказал. Теперь он хочет меня убрать.
- Не говори глупости, Надя! Игорь - нормальный мужик. Я знаю, что ты читала записи Сергея и знаешь историю с индексациями в нашем банке. Но ведь это все делают. Мне надо было найти решение...
Надя слегка отстранила трубку и посмотрела вопросительно на Олега. Он сделал ей знак продолжать разговор.
- Однако мне казалось, когда речь идет о премьер-министре, надо быть аккуратнее в расчетах.
- Не глупи, Надя. Не неси ерунды.
- Ерунды?! А моя разгромленная квартира, потом дача? А труп моей соседки - это все ерунда? Кто за этим стоит, Петя?
- Но не я, дорогая. Ты же знаешь, я не мог...
- Кто же тогда? Игорь?
- Оставь ты Игоря в покое. Он не имеет к этому никакого отношения. Ты же понимаешь, за этим стоят другие заинтересованные люди.
- Ты говоришь об индексации?
- Конечно!
Надя приостановилась на мгновение. Было слышно, как прокричала утка.
- Голубка моя...
Надины губы заметно задрожали. Голос Ульянина стал совсем сладким:
- Я хочу извиниться за вчерашнее... Я не знаю, что на меня нашло... Ты знаешь, что я вообще не позволяю себе... Скажи, ведь ты это знаешь?
- Не в этом дело, Петя. Мне кажется, ты утратил свою обычную проницательность и хладнокровие. Ты слишком возгордился. Выходит, ты способен буквально на все из-за нескольких миллионов долларов, которыми ты даже не умеешь толком распорядиться.
- Ты где?
- Это тебя больше не касается.
- Не будь смешной.
Надя сжала губы.
- Ты что, не понимаешь, что я могу тебя достать хоть из-под земли. Это лишь вопрос денег.
Надя вздрогнула, взяла руку Олега и прижала её к сердцу.
- Но я не хотел бы тебе доставлять неприятности, ты это знаешь. Вернись... Мы вместе поищем, кто должен ответить за то, что тебя запугивали... В конце концов, все эти твои страхи...
- Меня запугивали? Мои страхи? Ты и в самом деле думаешь, что убийства - это только мои страхи? Так тебе кажется?
- Ну прошу тебя, вернись, - сказал умоляющим голосом банкир.
- А что это изменит?
- Мне завтра надо съездить на одно совещание в Ниццу. А через два дня я жду тебя в Москве.
- Я не вернусь в Москву.
- Не дури, Надя. Я твой оплот, твоя последняя крепость. Через два дня в Москве, - сказал Ульянин и первым повесил трубку.
Почти машинально Надя положила свой мобильный телефон в сумку и долго смотрела на воду как сомнамбула.
- Ты думаешь, что все это из-за истории с индексацией? Или что-то другое?
- Я, конечно, не знаю, как он к тебе относится... но я так не думаю.
- А что ты думаешь?
- Я вижу, что за нами вот уже четверть часа кто-то наблюдает вон из-за тех кустов, где заросли тростника.
Надя испугалась:
- Они меня выследили!
- Я не знаю. Пойдем скорей отсюда. Арендуем машину и поедем ужинать в Аннеси. По дороге я сумею проверить, действительно ли за нами следят.
30
Сев в машину, Надя не проронила ни слова. Они пересекли тихие, как бы вымершие деревни: Эшарвин, Вейрье-дю-Лак, Шавуар. Редкие автомобили попадались им навстречу.
- Нас кто-нибудь преследует? - спросила Надя нервным голосом, когда они остановились возле казино в Аннеси.
- Я не понял, - ответил Олег. - Есть одна машина с женевским номером. Она едет следом от Таллуара. Я её заметил при выезде из деревни. Однако в этом нет ничего особенного. Мы ведь всего в сорока километрах от Женевы. Знаешь, давай-ка мы поставим машину на главной подземной стоянке города. Там я сумею проверить поточнее.
- Это не опасно?
- Нужно удостовериться.
Движение стало более интенсивным. К паркингу они подъехали по дороге, огибающей озеро. Олег взял талон, и машина спустилась в гараж, остановившись возле запасной лестницы на четвертом подземном уровне.
- Сиди в машине, - сказал он и открыл дверцу. - Я быстро.
- Ты оставляешь меня одну?
- На несколько минут. Я только посмотрю, что там у входа. Это единственный способ проверить, следят ли за нами.
- Ты уверен?
- Не беспокойся, - сказал он, целуя её в щеку. - Закрой дверь и не двигайся.
Он поднялся по запасной лестнице и приоткрыл дверь, выходящую на площадь, около кассы стоянки. Некто медленным шагом постепенно спускался на первый уровень гаража прямо по дорожке, предназначенной для автомашин. Олег был уверен, что видел этого человека в Таллуаре. Он быстро закрыл дверь и заскользил вниз по ступенькам. Ему удалось опередить незнакомца на несколько секунд и спрятаться за первым бетонным столбом. Шаги приближались.