В общем, на работу ей, честно говоря, можно было вообще не ходить, Светлана отлично со всем справлялась. Но привыкла каждый день, кроме выходных, появляться в своем кабинете, следить за тем, как работают подчиненные, подписывать бумаги, беседовать с клиентами, если приходили знаменитые люди, а они там бывали часто, в общем, чувствовать себя хозяйкой. Приятная обязанность...
Но сегодня совсем была не в настроении, осталась дома. Играла на компьютере, слушала музыку, смотрела фильмы. Целых два пересмотрела со своим любимым Джонни Деппом. Что за актер! Случайно увидела его, по телевизору показывали фильм «Пираты Карибского моря», и поразилась игре актера. Дешевый сюжет, банальная режиссура, масса несуразностей, но благодаря Джонни Деппу отошла на второй план дурацкая история любви простого кузнеца и дочки губернатора, и если бы кто-то из них погиб, особо не переживала бы. А вот Джек-Воробей в исполнении Джонни Деппа был неподражаем. Посмотрев фильм, вспомнила, что смотрела «Сонную лощину» с его участием, пересмотрела этот фильм, но совсем уже по-другому. Просто наслаждалась игрой актера. Он и там был неподражаем. Не супермен, и боится, и не получается у него, а упрямо лезет вперед, и так естественно это выглядит, одно удовольствие смотреть.
Сегодня она снова посмотрела «Страх и ненависть в Лас-Вегасе» и «Мертвеца». Призадумалась было над последним фильмом, правда ли герой Деппа умер намного раньше, чем это случилось в фильме, но скоро переключилась на свои невеселые мысли.
Кстати, Стас был чем-то похож на Джонни Деппа, особенно в самолете, с плоской бутылкой виски в руке. Да и в той странной квартире... Нелепый сантехник с какими-то дурацкими сосисками, но обаятельный, и – классный любовник.
Вот вопрос – а нужно ли ей было выяснять, кто он на самом деле? Джек-Воробей тоже не простой пират, а капитан пиратского корабля. Ну и пусть он называет себя сантехником, дуре понятно, что это маска, а ей что нужно? Истина или умный, ласковый мужчина, который у нее был? Да конечно, второе!
А тогда чего она добилась?
Вообще-то должна была сама позвонить ему, сама отказалась встречаться и, значит, сама перезвонить должна была. Но не звонила, все ждала, надеялась, Антон Корзинин выяснит, кто же он есть на самом деле, этот ее Джек-Воробей. И тогда она встретится с ним и начнет его разоблачение. Это казалось интересной игрой, хотелось в нее поиграть...
А что в итоге?
Ничего!
Так стоило ли играть?
Сюзанна сидела на диване перед погасшим экраном телевизора, фильм кончился, а она с места не могла сдвинуться. Да что там сдвинуться, пульт взять в руки трудно было. Надеялась, что он перезвонит ей, но нет, видимо, тот еще «сантехник»! А ей хотелось увидеть его, очень хотелось!
Ну вот так бывает, смотрела «Сонную лощину», все больше сравнивала с оригиналом Вашингтона Ирвинга да с диснеевским мультиком, вроде понравилось – и всё. А после «Пиратов» пересмотрела снова и уже совсем по-другому восприняла игру исполнителя главной роли. Любовалась им.
И вдруг такая встреча, парень, сильно похожий на героев Джонни Деппа, не внешне, по поведению... Потому и рискнула сесть в задрипанную «Оку» и осталась в его странной квартире. И не пожалела об этом.
Но женское любопытство – коварная штука. Оно так сильно, что может разрушить... И разрушило.
Сюзанна неуверенно взяла в руки мобильник, долго смотрела на плоский аппарат, словно он мог подсказать ей, что делать. Ждать ли дальше, или все же позвонить ему?
Доводов в пользу ожидания почти не было. А вот позвонить... Она же сама отказалась от встречи, могла просто рассказать о презентации, как там было, а потом намекнуть, что неплохо бы и встретиться. Черт с ним, с этим Корзининым, он вездесущий журналист, вроде бы мог чем-то помочь, найти причину, по которой Стас скрывался под маской сантехника, по крайней мере сорвать эту маску, но... не мычит, не телится.
Значит, надо позвонить, чтобы окончательно расставить точки над i.
Она включила набор номера, прижала аппарат к уху, левую руку опустила к низу живота.
– Алё, Стас? Привет. Не звонишь, обиделся, что ли?
– Нет, извини, у меня напряженка. Брат из Америки прилетел, я озабочен его культурной программой.
– Знаешь, я была на презентации Примуса, ну, есть такой певец, все было жутко интересно, там были...
– Извини, Сюзи, я жутко занят. Мы тут в Третьяковке, смотрим... Как-нибудь перезвоню, ладно?
Сюзанна ничего не сказала, просто усмехнулась и выключила мобильник. Она не сомневалась, что он не перезвонит, и она ему не станет звонить. И значит – все ясно. О симпатичном «сантехнике» следует забыть. Надо думать, как жить дальше.
Но кто бы подсказал, как быстро это сделать! Забыть одного и попытаться найти другого...
– Подруга звонила? – спросил Владимир.
– Добрая знакомая, – ответил Борисов.
Они сидели в его кабинете, он, Владимир и Гавриленко. Готовились к испытанию демоверсии «ФОБОСа-2». Слухи о ранении Столбовского были явно преувеличены: да, ему угрожали, да, пырнули ножом в живот, но жизненно важные органы не повредили, рану зашили в Склифе, и теперь Илья выздоравливал дома. Джуди тоже вполне оклемалась от ранения, теперь, в сопровождении телохранителя, знакомилась с музеями Москвы. В квартире Борисова на Кутузовском могла сколько угодно любоваться Москвой из окна, там стекла пуленепробиваемые.
Может быть, сейчас осматривала картины в Третьяковке, поэтому Борисов и сказал об этом музее Сюзанне. Она опять звонила в самый ответственный момент, он уже не сомневался, что эта девушка не случайно оказалась рядом с ним в самолете.
– Давай, Вадик, показывай свою работу, – сказал Гавриленко Владимир.
– С использованием параметров «Х»?
– А для чего ты работал? Покажи, что получилось.
– Да ради Бога. На кого выйдем?
Владимир задумался. Госструктуры трогать нельзя, силовые тем более, тут все ясно, меньше будешь знать, дольше проживешь. Значит...
– Давай какой-нибудь средний банк. Программа до конца не отлажена, возможны всякие осложнения, – наконец сказал Борисов-старший.
– Попробуем... Есть у нас такой банк, называется «Европа-Центр», вот на него мы и... С Божьей помощью... – медленно говорил Гавриленко, резко щелкая клавишами.
На экране замелькали цифры, все замерли, напряженно глядя на жидкокристаллический монитор. Гавриленко стучал по клавишам уже не так резко, но уверенно, все больше углубляясь в базу данных банка.
– А вот то, что нам нужно, – нервно усмехнувшись, сказал Борисов. – Прибыль за полгода, понятно, оптимизация налоговых отчислений... Да этих ребят можно брать, налоги платят с половины прибыли, а получают... да у них там двойная бухгалтерия! Официальные выплаты, реальные... Посмотри «прочие расходы», Вадим.
– Слушаюсь, босс.
«Прочие расходы» были еще интереснее. Там черным по белому были прописаны фамилии чиновников, больших и не очень, которым передавались разные суммы за разные услуги.
– Вырубай! – скомандовал Владимир.
Гавриленко отключил программу.
– Ты понял, Володя, что за монстра разбудил, – сказал Борисов. – В таком виде программа не попадет в Америку. Ты же не враг России?
– Да-а... – задумчиво пробормотал Владимир, почесывая затылок. – Но я и Америке не враг. Если программа попадет в руки российских спецслужб... Это будет третья мировая...
– А ты не знал, когда говорил со Стасом у себя в Калифорнии? – мрачно поинтересовался Гавриленко.
– Честно говоря, не верил, что такое может получиться. Это слишком серьезная вещь.
– Ну и надо нам отдать ее ФСБ, – сказал Гавриленко. – Пусть они разоблачают американских коррупционеров на полную катушку. Весь мир повеселится.
– Нельзя. Возможна массированная атака на серверы американских спецслужб, силовых ведомств, крупных компаний и фирм. Рухнет мировой рынок, нет, мужики. Стас, я понял свою ошибку. Параметр «Х» уничтожить немедленно. Твой аванс остается, программу продаем как новую версию.