Любовь зла…
- Ну, ты идешь?! – Теперь Алена уже требовала, а не просила. И, как уважающему себя человеку, Вите следовало бы вознегодовать на этот тон. Но он знал по опыту, что все равно все будет так, как хочет девушка. Для этого она сделает все возможное и даже невозможное, а в конце еще заплачет и обвинит его во всех грехах. Значит, к чему пререкаться? Согласиться сразу и все - избежать двадцати минут жалостливых причитаний и девичьих слез.
- Иду. – Он нахмурил брови. Со стороны это выглядело забавно, но Алена не засмеялась и даже сбавила обороты. Ей тоже не хотелось ссор в этот прекрасный солнечный день.
2
Полчаса спустя.
18 мая.
За два месяца до событий.
- Если ты так увлечен учебниками, то зачем смотришь на меня? – Алена повернулась на живот, подставляя спину ласковым солнечным лучам. – Меня это напрягает.
- А я и не смотрю. – Виктор вынырнул из собственных мыслей, под действием ее голоса. Он произнес слова ворчливо, недовольно: если ей так хочется привлечь его внимание, то пусть придумает другой способ. Не такой дурацкий.
- Нет, смотришь. Я же чувствую. У меня прямо мурашки бегут, когда на меня кто-то смотрит. Вот и сейчас тоже. – Алена обиженно надула губки. Своей чувствительностью и интуицией она очень гордилась, и нелегко было признать, что она ошиблась на этот раз. Витька действительно не обращал на нее внимания. Он вообще не отвлекался на окружающий мир, а был целиком и полностью в конспекте. – Ты хоть слышишь меня? Мурашки, говорю, бегают.
- Мыться не пробовала? – Виктор перевернул страницу и снова вгрызся в гранит науки под названием ЧиО. За что сразу же получил оплеуху, - Эй! Совсем сдурела?
- Мне не до шуток. – Алена уже и думать забыла о том, что сказал ее парень. Теперь она, как волчок, крутилась на покрывале, высматривая неведомого противника. – Я же чувствую, что кто-то смотрит! Витя! Это же твоя коттеджная зона! Ты эти места лучше знаешь. Вот и скажи, откуда здесь можно незаметно наблюдать за нами?
Витька, наконец, отвлекся от занятий на свою полоумную подружку. Дело серьезное, раз она так беспокоится. Или, как это бывает чаще, опять насмотрелась какой-нибудь муры по телевизору. Очень может быть. Смотрит на ночь глядя каких-нибудь «Зачарованных» или «Секретные материалы», а потом ей чудится всякая ерунда. Мурашки по ней, видишь ли, бегают. Толпой. Вот дуреха.
Тогда Витя решил над ней подшутить. Тем более что конспект читать она ему все равно не даст, он это уже понял. Так что, это будет его маленькая мстя.
А ведь они сюда именно готовиться приехали! Заниматься, читать, повторять. Экзамены на носу. По такому случаю, либеральные родители Виктора на пару дней отдали ключи от коттеджа. Они прекрасно знали своего сына. Знали его разумность, рассудительность, усидчивость, и поэтому могли быть точно уверены, что эти дни он проведет за конспектами, а не в кругу друзей, с вечеринками и музыкой.
Но Алена, по всей видимости, была другого мнения. Она приехала сюда отдыхать и расслабляться, и ни о каких занятиях даже слышать не хотела. Речка и солнце – это все, что ей надо. Ну, раз уж нет музыки и вечеринок…
- Мне же не кажется. Я это серьезно чувствую! Витя, ну скажи! – Алена прижалась к парню так сильно, насколько только могла. Почти задушила его, схватила, словно бесплатный подарок во время акции с ограниченными призами.
- Я не хочу тебя пугать… - Виктор затянул паузу, чтобы создать необходимую атмосферу. Иначе Алена просто рассмеется ему в лицо и никогда не поверит в эти глупые байки. – Но у нас здесь живет кое-кто…
- Кто? – Неспешно наступающий вечер вот-вот грозился превратиться в белесые сумерки, которые теперь будут называться ночью. Плавно и неизбежно солнце клонилось к горизонту. Как только оно достигнет верхушек деревьев леса, то по земле начинает стелиться туман. Тогда наступление ночи пойдет быстрее.
Странная особенность здешних мест – густой туман перед закатом. Не зря этот лес местные жители зовут Бесовским. Сам коттеджный поселок, прилегающий как раз к этому лесу и к, пересекающей его, реке Воложке, не огорожен колючей проволокой или тривиальным бетонным забором. Открыт для всех, в том числе, и для ежевечерних наплывов загадочного тумана.
В такие моменты верилось и в местную достопримечательность – дядьку Ворона на одной ноге, и в болотных кикимор, что заманивают грибников в свои зеленые сети. И в домовых, и в привидения, и еще во много чего.
Зубы Алены уже отстукивали похоронный марш и реквием по себе любимой. А глаза так и бегали по сторонам: не вылезет ли из кустов какая пакостная тварь? В общем, для своего рассказа Виктор не мог выбрать время и место лучше, чем сейчас.
- Живет здесь, в левом третьем от нашего коттеджа, один очень странный человек. Все так и зовут его Странником. Днем он не показывается - только издали, из окон наблюдает. А по ночам выходит на улицу и начинает искать тех, кого днем видел. Ходит этот Странник между домами, палочкой постукивает. Одним своим зрячим глазом по окнам зыркает. А как найдет кого…
- И что? – Алена уже тряслась вся, мелкой дрожью. Прервать на этом моменте историю, было бы величайшей подлостью, на которую Витя так и не решился. Ведь он любит эту девушку. Зачем же ее так мучить? И так в страх вогнал.
- С собой уведет. Еще никто не возвращался.
- Витя, мне страшно. Пойдем домой. – Алена резво вскочила, чтобы собрать покрывала с травы. То и дело озираясь на кусты, она поспешила вперед. Витя только успевал перебирать ногами, чтобы не отстать. – Вообще надо домой в город ехать. Завез тут меня в глубинку, а здесь монстры всякие ходят! Не для того меня родители растили и воспитывали, чтобы какой-то Странник к себе утащил.
По иронии судьбы тропинка от речки проходила именно мимо того самого дома, на который, благодаря своей буйной фантазии, указал Витя. Колоритный дом, ничего не скажешь. Весь старый, обветшалый, с заколоченными ставнями. В таком десяток Странников поселится с удовольствием. Алена пробегала мимо со скоростью легкового автомобиля. Но все же не удержалась и заглянула в одно из окон. Визг раздался неописуемый. Со всех соседних крыш поднялись в воздух стаи ворон.
- Я видела его! Я его видела! – Только и смогла выговорить Алена, когда они вернулись в свой коттедж, закрылись на все замки и вооружились черенком от метлы. Вернее, вооружилась Алена - Виктор взирал на все это с нескрываемым скепсисом.
- Кого ты видела?
- Странника. Я видела Странника. Я заглянула в окно и увидела лицо. Молодое, даже немного испуганное. Совсем не одноглазое… Ну, за это поручиться не могу. Может у него один глаз – стеклянный? А в следующий момент лицо исчезло. А я…
- А ты принялась орать, как оглашенная. – Виктор хмыкнул. Н-да, произвел он впечатление на девушку своим рассказом. Ей и до этого «казалось», а теперь и вовсе мерещится всякое. Может, в писатели податься? Вон ведь какая сила слова и убеждения имеется.
- Я испугалась. Очень. – Алена сделала глубокий вдох, - Как думаешь? То, что он мне показался, это не значит, что я следующая на очереди? Ну, он же видел меня - теперь, наверняка, знает, где я живу. Так? Так. Ой, Витя, давай домой поедем. Запрем дом, поставим сигнализацию и поедем, а? Я в Питер хочу. К маме, к папе. К Анюте и Пашке. К нашим любимым учителям…
- Ну, хватит ныть, - Оборвал ее причитания Виктор. Раз учителя уже «любимыми» стали, значит, все - последняя стадия. – Собирайся. Черт с тобой. Поедем. Только в городе эту историю не рассказывай – не позорься. А то сразу на набережную Пряжки отправят.
- Спасибо, Витечка, спасибо. Поехали. Я за минуту соберусь. Ну, может, за пять минут.
- Собирайся, - Виктор махнул рукой. Как махал до этого сотни раз на все решения Алены.