Я прикусываю губу. Он был сильно зол на меня, но настолько ли, чтобы оставить меня голодной? Это меня бы удивило, потому что, несмотря на его грубость, у меня складывается впечатление, что я ему действительно небезразлична, даже если это похоже на преследование. Я всё равно рада, что настояла на своём. Я не готова к такой близости с ним. Я ценю всё, что он для меня сделал, но я даже не знаю, кто я такая, не говоря уже о том, хочу я секса или нет.
Я снова бросаю взгляд на дверь. Может, мне стоит выйти и перекусить самой. Габриэль не говорил мне прямо, что мне нельзя выходить из комнаты. Интересно, стоит ли мне учитывать то, что он сказал о других жильцах дома. Я опускаю взгляд на свою слишком обтягивающую рубашку и торчащие соски и решаю, что не стоит. Учитывая настойчивость Габриэля, я не верю, что остальные проявят сдержанность. Я могу навлечь на себя неприятности.
Дверь со скрипом открывается, и у меня внезапно пересыхает во рту, когда в комнату входит Габриэль. Его ледяные голубые глаза пристально смотрят на меня, а тёмные волосы зачёсаны назад, как в тот день, когда я его встретила. Тёмно-серая футболка, обтягивающая его грудные мышцы и бицепсы, напоминает мне о том, какой он мускулистый под одеждой. Я ничего не могу поделать с тем, как моё тело реагирует на него, как моё сердце бьётся чаще, а внутри всё трепещет. Он чертовски сексуален в своей грубой, необузданной, почти животной манере.
— Привет, — робко говорю я, и мне ненавистен мой тихий голос, но я нервничаю, потому что он всё ещё может злиться.
— Я принёс тебе поесть, — говорит он и протягивает мне дымящуюся тарелку с лапшой.
У меня урчит в животе, выдавая мой голод, и я краснею. На губах Габриэля появляется лёгкая улыбка, и он подходит ко мне с тарелкой.
— Спасибо, — выдыхаю я, принимая её.
Габриэль садится на кровать рядом со мной, и я начинаю есть, наматывая лапшу на вилку и дуя на неё, чтобы она остыла, прежде чем отправить в рот.
— Ты знакома с раменом? — Спрашивает он.
Нет. Определённо нет.
— Он очень вкусный.
Он усмехается и качает головой. Узлы в моём животе расслабляются, когда я понимаю, что он больше не сердится на меня за вчерашний вечер. Затем они сжимаются, когда я готовлюсь затронуть эту тему. У меня такое чувство, что я снова собираюсь его разозлить.
— Итак, я подумала, что могла бы сегодня съездить в город. Как ты думаешь? Я подумала, что это поможет освежить мою память. К тому же, мне бы не помешало приобрести ещё несколько нарядов... Может быть, что-нибудь, что мне не придётся одалживать? Что-нибудь более... моё. — Я бросаю на него взгляд краем глаза, откусывая ещё кусочек, стараясь вести себя как можно непринуждённее в надежде, что это не будет иметь большого значения.
— Нет. — Габриэль напрягается, и его лицо становится каменным. Он встаёт, словно собираясь уйти.
— Почему нет? — Спрашиваю я, отставляя миску с раменом в сторону, мгновенно расстроившись.
— Это... не то место, где ты хотела бы оказаться. Тебе лучше держаться подальше от Блэкмура. — Говорит он.
— Почему? — Настаиваю я.
— Послушай, тебе просто нужно довериться мне, хорошо?
— Нет, не хорошо! — Я злюсь. Я вижу, что он что-то недоговаривает, и мне не нравится оставаться в неведении, особенно когда я и так потеряна и сбита с толку. — Ты не можешь вечно держать меня взаперти!
Габриэль хмурится.
— Я не собираюсь держать тебя здесь вечно...
— О, да? Значит, ты планируешь в конце концов обзавестись собственным жильём и поселить меня там? Я не твоя грёбаная собственность, Габриэль. Мне всё равно, спас ты меня или нет!
Из его горла вырывается звериное рычание, и он стискивает зубы.
— Мне нужна одежда, чёртов бюстгальтер, чёрт, мне, наверное, скоро понадобятся тампоны! — Бросаю я ему, пытаясь поставить его в неловкое положение, чтобы он отступил.
— Нет, Уинтер. Забудь об этом! — Он сжимает и разжимает кулаки. — Если тебе что-то нужно, я могу это достать. Я куплю тебе новую одежду и твои… чёртовы тампоны. Но ты не выйдешь из дома без меня.
— Почему? — Практически кричу я.
Он оглядывается на дверь, словно ожидая, что кто-то велит нам вести себя потише.
— Это для твоей же безопасности, — цедит он, подходя ближе и понижая голос.
— Что это вообще значит? — Шиплю я, сокращая расстояние между нами, чтобы посмотреть ему в лицо. Я, чёрт возьми, сама не понимаю, кто я такая, а он ещё и загадками сыплет. — Почему мне грозит опасность из-за того, что я просто гуляю по дурацкому старому городу? О чём ты мне не договариваешь?