Когда мы встаём, Гейб берёт мою руку в свою большую ладонь и ведёт меня к двери, и я чувствую, что мы поразительно близки к тому, чтобы вести себя как настоящая пара. Я не совсем понимаю, как мне к этому относиться, но прямо сейчас я схожу с ума от волнения и более чем готова обхватить ногами Габриэля и его сексуальный чёрный мотоцикл.
20
ГАБРИЭЛЬ
Благодаря тому, что я провожу время с Уинтер, напряжение этого дня становится менее всепоглощающим. Когда мы нашли уединённое местечко, чтобы остановиться, она сделала мне минет, что было чертовски приятно и дало мне разрядку, в которой я нуждался, чтобы ненадолго перестать волноваться. И когда мы возвращаемся домой, я чувствую, что у меня достаточно ясная голова, чтобы пережить это испытание сегодня вечером.
Будет нелегко наблюдать, как умирают пятеро членов нашего клуба. Возможно, мне даже придётся участвовать в их казни. И хотя я не оправдываю то, что они сделали с Афиной и её матерью, это всё равно будут мои братья, которые погибнут. Но, по крайней мере, я смог на несколько часов переключиться на огненно-рыжую девушку, которая крепко обнимала меня за талию, пока мы мчались обратно в клуб. Уинтер заставляет меня чувствовать себя сильным, уверенным в себе, но в то же время спонтанным, что мне обычно не свойственно, и мне это нравится.
Я подъезжаю к зданию клуба, к задней части, рядом с входом в дом, и глушу мотор. Уинтер перекидывает ногу через сиденье и снимает шлем. Она прирождённая пассажирка. Она быстро освоилась после того первого дня, когда чуть не упала, слезая с мотоцикла, и теперь, когда она едет со мной, она синхронно наклоняется к изгибам дороги, вместо того чтобы бороться с потерей равновесия. Было бы здорово прокатить её через всю страну. Мы могли бы остановиться в каком-нибудь захудалом баре или найти укромное местечко, чтобы потрахаться и посмотреть на звёзды. Я напрягаюсь, понимая, насколько сентиментально это звучит.
Я молча беру её шлем, а она проводит пальцами по своим густым рыжим локонам и снова погружается в волны. Чёрт, как же мне нравится хватать её за длинные волосы, пока она мне отсасывает. Мне всегда хочется использовать их как опору, пока я трахаю её в горло. Внезапно у меня в штанах становится тесно, и мне нужно переключиться на что-то другое, пока я снова не возбудился. У меня нет времени трахать её перед встречей.
Мы заходим внутрь, минуя Далласа и Нейла, которые развалились на диване с пивными бутылками в руках и смотрят какое-то непристойное шоу по телевизору.
— Привет, — вяло бормочут они, не отрывая глаз от экрана, и я знаю, что они по-своему пытаются отвлечься от того, что произойдёт сегодня вечером.
Марк специально сказал нам, что мы должны быть там, чтобы всё прошло гладко. Мы — одна из самых крупных группировок в нашем клубе, помимо тех, кого казнят сегодня вечером, и мы нужны ему в лучшей форме. Просто ужасно, сколько парней мы потеряли за последние несколько месяцев, с тех пор как появилась девушка Сейнт и всё перевернула. Но, конечно, наследники Блэкмура не станут отчитываться за это, пока будут добиваться возмездия. Мне всегда хотелось, чтобы большие люди знали, когда ими пренебрегают, потому что они никогда не переживают за нас, лакеев.
Иногда мне хочется, чтобы Марк просто послал их на хуй. Объявив, что мы больше не собираемся быть их грёбаными сторожевыми псами. Но тогда наш основной источник дохода окажется под угрозой, поэтому мы продолжаем брать у них деньги, выпрашивая объедки, как полуголодные собаки, которыми мы и являемся.
Уинтер небрежно здоровается, и они отвечают ей тем же, после чего мы направляемся по коридору в мою спальню.
Уинтер опускается на кровать, упирается пальцами ног в ботинки, чтобы снять их, и они падают на пол. Должен сказать, мне нравится сочетание образа сексуальной принцессы и байкерши в повседневном стиле, которое она сегодня надела. Я знаю, что в прошлой жизни у неё была пара дорогущих туфель на шпильке, которые идеально подходили к её платью. В такой обуви её ноги выглядели стройными, а задница — округлой. Я видел её в таких нарядах бесчисленное количество раз. Но в байкерских ботинках и платье, едва прикрывающем бёдра, когда она сидела позади меня на мотоцикле, она выглядела одновременно распутной и простой.
Она внимательно наблюдает за мной, откинувшись на спинку кровати и поджав под себя ноги. Я избегаю её взгляда, потому что знаю, о чём она думает. Я не утруждаю себя переодеванием. Я знаю, что это будет грязная работа, и я уже много раз надевал эту одежду, когда чинил свой мотоцикл. Чего бы я только не отдал, чтобы оказаться сегодня под капотом своей машины и испачкать ткань моторным маслом и смазкой, а не кровью своих братьев.