Как-то, ближе к рассвету, ему пришлось задержаться в тайге. Путешественник успел вздремнуть, а когда пробудился, заметил, что его товарищ отсутствует. Встревожившись, он вышел из машины и по-особому, с переливами свистнул. Волк откликнулся моментально — возник из туманного мрака, как призрак, и молча, облизывая окровавленную пасть, нырнул в гостеприимно распахнутую дверцу. Видать, удачно позавтракал…
Все бы ничего, да как назло, в то время мимо проезжал груженый лесом воз. Шофер от удивления аж затормозил, высунулся из кабины и крикнул:
— Эй, браток, у тебя там че, волк?!
Но ответа не получил — проворный «тарантас» успел рвануть с места и скрылся вдали.
— Циркачи, наверное, — задумчиво пробормотал шофер…
Еще собираясь в дорогу, путешественник сразу всех предупредил, что Малыш поедет с ним.
— Никто так не чует нежить, как звери, — объяснил он. — Сразу — оскал и шерсть на загривке становится дыбом.
Ему возражать не стали. Зато верная супруга, когда узнала, что ее Аника-воин собирается на театр военных действий, закатила форменный скандал. Не в том смысле, что бросилась на шею и, обливаясь слезами, запричитала: «На кого ты нас оставляешь, родимый!», или встала в дверях со словами «Не пущу!», а как раз наоборот.
— Странно, а я? — спокойно сказала она. — Я разве не такое же Чудище, как ты? Может, даже кое в чем и получше!
Она подошла к сейфу, набрала комбинацию цифр, распахнула дверцу, достала пистолет и сунула его за пояс.
— Я готова!
— Покладь ствол на место! — велел супруг. — Во-первых, их пули не берут. Во-вторых, до сих пор неизвестно, существуют ли они. В-третьих, давай сделаем так — я еду на разведку. Если что-то там действительно серьезно, клянусь, я тебя вызову. А ты пока сыном займись.
— Но ведь это мои родные места. Я в ста верстах от того города выросла. Хоть с братом увижусь. Как он там? Сто лет ни слуху, ни духу…
— Ты когда с ним последний раз по телефону разговаривала?
— Месяца два назад, — она задумалась. — Да нет, пожалуй, с полгода будет. Боже, как летит время!
— Обещаю, я непременно к твоему брату съезжу. Он тоже может пригодиться. А ты, прошу, побудь с Юрочкой, на работу свою своди. Пусть знает, как телевидение делается.
— А то он там не был!
— Отлично! У твоих мониторов он затихает. И куда прыть девается? Жуть, как ему интересно. Я и то у вас сижу с открытым ртом. Какая ты у меня молодец! Красавица и умница!
Он обнял ее и поцеловал. Ольга смирилась и тоже обхватила его руками. Пистолет уперся ему в живот.
— Кстати, если ты все же полетишь ко мне, ничего не бери. Там этого добра будет навалом…
* * *Если дома у странника нагуливала жирок поздняя осень, то на родине его жены лютовала голодная ранняя зима. Наподобие медведя-шатуна, не успевшего залечь в берлогу, она хавала все подряд: темнеющие поляны, серую гладь вод, коченеющие деревья и изломанные пальцы кустов — все загребала белыми хищными лапами и пережевывала с хрустящим морозом. Аж туман стоял!
К полудню дымка рассеялась, и вдали замаячил город с традиционной телевышкой, дымящимися трубами и прочими атрибутами цивилизации.
Временное жилище путника, определенное свыше указующими организациями, располагалось недалеко от въезда в город. Как объяснил, благословляя на подвиг Василий Владимирович, обитель сия (со всей обстановкой) была давеча конфискована у некоего зарвавшегося на взятках босса, типа генерала. Причем конфисковали ее в пользу бывшего его ведомства. Пока поместье никто вновь не оприходовал, потому было решено предоставить его нашему скитальцу в полное распоряжение.
Ворота жилища открыл молодой ладный паренек в короткой расстегнутой дубленке с капюшоном, надвинутом на голову. Под дубленкой темнел черный «с иголочки» костюм, на ногах — валенки. Он молча махнул рукой в перчатке в сторону распахнутого «стойла», куда послушно и направился путник по прямой, присыпанной снегом, дорожке. В гараже он увидел точно такой же темно-синий кабриолет, как его собственный, только с местными номерами, а рядом с модным авто приткнулась утлая таратайка. Но гость уже знал, что там, внутри неприметного автомобиля, таятся сотни лошадиных сил. Этакий «Карл — призрак шоссе».
Ворота в «стойло» еще не успели бесшумно закрыться, как стражник появился рядом. Наш путешественник, потягиваясь, вышел и сладостно присел несколько раз, разминая затекшие косточки.
— Приветствую тебя, туземец, — весело сказал он.
Молодой человек собирался что-то ответить, как вдруг испуганно замер при виде громадной зверюги, выскочившей с заднего сиденья машины. Волк также потянулся и, зевнув, разинул пасть, словно собирался проглотить луну. Рука стража дернулась к кобуре. Волк тут же набычился и злобно зарычал.