Мальчик буквально крадется по деревянному полу, вслушиваясь в каждый скрип половиц. Наконец-то, где-то внизу раздается быстрая поступь, направляющаяся прямиком к нему. Оливер замирает на месте, решив дождаться хозяина здесь. Шериф оказывается рядом довольно быстро, слышно его сбитое дыхание и острое волнение в голосе.
– Надо было позвать меня, – по-доброму журит мужчина, судя по всему опустившийся на корточки.
– Вы же не назвали свое имя, – глумится мальчишка, склоняя голову немного в бок.
– Точно, извини, - голос виноватый. – Меня зовут Джек Холл, шериф округа, - мужчина протягивает свою ладонь мальчишке. – Приятно познакомиться.
– Оливер Кларк, но Вы можете звать меня Олли, шериф Холл, – мальчик ярко улыбается и наугад пожимает большую ладонь, не замечая, как мужчина помогает ему сделать точное рукопожатие. – Приятно познакомиться.
Джек ловким движением поднимает парня на руки, вытягиваясь во весь рост, и направляется в сторону кухни.
– Я не знал, что ты любишь, поэтому приготовил всего понемногу, – объясняет шериф, внимательно глядя под ноги, чтобы не запнуться вместе со своей ношей. – Рисовую кашу на молоке, оладушки с малиновым джемом, есть ещё сладкие хлопья, на случай, если ты привередливый ребенок, – кажется, этот взрослый и уверенный мужчина волнуется о том, что может оставить малыша голодным.
Оливер решает сжалиться над шерифом, чтобы тот хоть немного выдохнул и не грузился о таких мелочах. У него и без того сложная работа.
– С удовольствием съем всё перечисленное, – мальчишка крепче обнимает мужчину за шею и прячет лицо на широком плече.
– Вот и славно, – Джеку удается сдержать облегченный выдох.
Шериф с замиранием в сердце наблюдает, как мальчишка уплетает завтрак за обе щеки. Мужчина ещё ночью принял решение, что Олли останется у него, когда Роуз объяснила ему о том, какой уход требуется ему. Джек не уверен, что в приюте для детей смогут обеспечить должную заботу. Учреждения для сирот и без того переполнены, так что они не особо будут париться о том, стало на одного проблемного ребенка больше или нет. Конечно же, Холл не планировал заводить детей в свои тридцать лет. Вся его жизнь была посвящена работе, от заката до рассвета. Но именно вчера появилось четкое осознание, что не сможет оставить Олли в приюте, даже если его отстранят от полномочий за самоуправство.
– Сегодня поедешь со мной в участок, но сначала заедем в оптику, подберем тебе очки, – извещает о планах на ближайшее время мужчина, начиная собирать грязную посуду со стола. – Новая одежда тебе тоже не помешает, – кивая самому себе, подытожил Холл.
Оливер удивляется чужим заявлениям, по голосу отслеживая перемещения шерифа. Непривычно чувствовать заботу от постороннего, ведь только мама была с ним ласкова. Остальные предпочитали держаться с ним нейтрально, просто потому что не знали, как себя вести рядом. Дети же были беспечны, особо не парились о своем поведении, напрямую задавая все волнующие их вопросы. Олли довольно быстро привык к такому отношению, всегда зная, что дома его ждет мама. Ждала. Мальчишка опускает понурено опускает голову на скрещенные на столе руки, тяжело вздыхая.
– Всё, пойдем, – Джек решает оставить грязную посуду на потом, заметив изменившейся настроение своего гостя.
Подходит к обеденному столу и, невесомым касанием руки к плечу, привлекает внимание мальчишки. Поднимает его на руки, как уже привычная, почти неотъемлемая традиция его холостяцкой жизни, и несет на выход. У подъезда к дому стоит полицейская машина с большой надписью «шериф» вдоль корпуса. Холл заполняет тишину историями из детства, а уже в салоне служебного автомобиля включает музыку.