Зелёный гиппей заходил справа от него, шея его выгнулась, шипы-лезвия злобно ощетинились. Гиппей Риго занял ту же позицию. Они были похожи на двух боевых коней, несущихся друг на друга с полуопущенными головами. Ставенджер сидел, как манекен, с абсолютно стеклянными глазами. В самый последний момент Риго выдернул носок правого ботинка из стремени и привстал на носке левой ноги, высоко подняв и согнув назад правую ногу, крепко сжав левой рукой затуплённый им костяной вырост.
Мгновение и шипы гиппеев Ставенджера и Риго столкнулись, прошив то место, где ещё недавно была правая нога Риго, не долетев до синей шкуры зверя всего каких-то несколько сантиметров. По-прежнему держась высоко в стремени, Риго увидел, что от правого сапога Ставенджера остались лишь жалкие лохмотья. Кровь струилась из ноги мужчины, оставляя в пыли длинные бурые следы. Гиппеи не собирались причинять друг другу вред. Шипы были нацелены на ноги их седоков.
Риго подтянулся повыше, уселся на плечи существа под ним, и, когда звери снова разошлись, он вынул лазерный нож из кармана и одним махом снёс сразу четыре шипа прямо перед собой, так что они больше не представляли для него угрозы. Гиппеи повернулись и изготовились к новой атаке. Их головы были опущены, и они не могли видеть, куда несутся, однако какой-то инстинкт позволял им точно определять местоположение их противника. На этот раз атака пришла слева, шипы с лязгом сцепились, словно шестерёнки. Со свистом всадники пронеслись мимо друг друга, и снова Риго пришлось балансировать, высоко поднявшись на одной ноге.
Теперь левый ботинок Ставенджера был стёсан, по левой ноге толчками стекала кровь. На его лице по-прежнему не было никакого выражения. Гиппеи собирались продолжать в том же духе, даже если Ставенджер упадёт, даже если он умрёт, – понял Риго. Не было смысла пытаться убить Ставенджера. Всё равно, что прихлопнуть блоху на шее нападающей собаки. Нет. Чтобы остановить их битву, нужно было остановить самих гиппеев.
Следующая атака был снова справа. Риго намотал поводья на левую руку, схватился за обрубленный шип, оттолкнулся правой ногой, бросился через своего скакуна, в момент, когда другой гиппей пролетал мимо, и ударил того по задним ногам выпущенным на всю длину гудящим лазерным лезвием. Зелёный зверь громко взвыл, попытался пройти на подрезанной ноге, но тяжело рухнул на землю. Гиппей Риго загарцевал, завыл и попытался хлестнуть его шипами, которых у него больше не было. Риго слегка наклонился и высоко взмахнув рукой отсёк заднюю ногу своего Гиппея, мягко скатившись на землю, когда зверь под ним упал.
Пространство разрывали крики раненных зверей. Риго, пошатываясь, поднялся на ноги, не сводя с них глаз. Они пытались подползти к нему, силились встать на три ноги. Он выдвинул лазер на максимальную длину и сжав челюсти двинулся вперёд, полоснув гудящим клинком один раз, а затем ещё раз, ловко рассекая два огромных черепа. Крики резко оборвались и по ушам ударила тишина. Обезглавленные прижжённые шеи гиппеев продолжали почти бесшумно биться друг о друга.
В разлившейся тиши нарастал какой-то гул. Он обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как гиппеи, выстроившиеся вдоль стены, бросаются на него, высоко подняв копыта и вытянув челюсти. Не было никакого способа укрыться от них, кроме как за телами умирающих зверей. Перед его воспалённым взором замелькали острые копыта и зубы, которые искали его сверху. Он стал наносить удары лазером наотмашь вслепую. Кровь хлынула на него, ослепив.
Что-то ударило его по голове. Он упал, оглушённый. Послышались звуки, рёв, крики, вой голосов. Гиппеи истошно визжали, отступая. Чернота окружила Риго.
Голос Персана Поллута произнёс: – Вверх, вверх, сэр. Садитесь. О, садитесь же, мы не можем их долго задерживать.