Потом он ощутил вибрацию, звуки стали стихать, и, наконец, его полностью поглотила тьма.
Фигор бон Дамфэльс прождал значительное время, прежде чем гиппеи закончили свою резню и ускакали. Слуги Родриго Юрарьера оттеснив гиппеев на аэрокаре, выскочили и спасли его. Фигор был поражен этим. Никто из слуг дома бон Дамфэльсов или бон Лаумпонов не предпринял никаких шагов, чтобы защитить своих хозяев. Двенадцать всадников приняли на себя всю тяжесть ярости гиппеев. Все двенадцать умерли на месте, большинство из них были бон Лаумпонами. Ещё четырнадцать были убиты, включая Ставенджера бон Дамфэльса и Обермуна бон Хаунсера. У Ставенджера не было никаких ран, хотя он был бледен и холоден как лёд. Его охотничьи сапоги превратились в лохмотьях. Только тонкая полоска кожи внутри удерживала сапоги на ногах. Внутри они были полностью заполнены кровью. Ставенджер истёк кровью, даже не пошевелившись.
Четыре гиппея тоже были мертвы, двое из тех, что участвовали в поединке, и двое других, – их ноги были отрублены, словно каким-то большим острым тесаком. Именно за эту смерть гиппея стремились отомстить остальным всадникам.
Было сложно понять, что больше взбесило зверей, смерть сородичей, или побег Юрарьера. Они яростно скакали, выли и подпрыгивали, пытаясь вцепиться зубами в поднимающуюся машину.
– Фигор, – позвал его двоюродный брат Тэронс бон Лаумпон. – Я нашел это там, где стоял фраграс.
Фигор взял из его рук какую-то вещицу. Там был переключатель для большого пальца, и он нажал его. Лезвие задрожало у него в руке, высвобождая смертельную силу, и Фигор поспешно щёлкнул, отключая его. Он потрясенно прошептал: – Клянусь нашими предками! Тэронс! Ты видел?
– Должно быть, это то, чем он отрубили им ноги, разрубил им головы надвое. Также как они рубят нас. Они и меня так порезали, – Тэронс опасливо огляделся, потирая плечо в том месте, где его протез соединялся с телом. – Убери это, пока кто-нибудь не увидел.
– Я приберу эту вещицу, не беспокойся. Я не дам им знать, что он у нас есть, – прошептал Фигор своему кузену.
– Здоровская штука и такая маленький. Можно запросто держать её в кармане, и они даже ничего не заподозрят. Тогда, если один из них нападёт на тебя…
– Но, если у Юрарьера есть эта штука, их, наверное, легко можно раздобыть. Может быть, в Коммонсе. Почему же мы до сих пор ничего не знали об этом?
– Они не давали нам знать. Или, может быть, мы сами не хотели этого знать раньше.
***
Когда Персан и Себастиан Механик добрались до Опал Хилл, они не стали трогать Риго и оставили его лежать в аэрокаре. Персан связался со своим отцом по телефону и рассказал ему, что они хотят эвакуировать всю эстансию. Риго был без сознания. Они ничего не могли для него сделать; его нужно было немедленно переправить в больницу в Коммонсе, но было также ещё одно важное соображение.
– Эвакуировать деревню? – спросил Хайме Поллут сына. – Ты шутишь, Перс?
– Отец, послушай. Риго Юрарьер убил как минимум двух гиппеев. Я не знаю, сколько человек погибло в той заварухе, которую мы оставили после себя, но определённо не обошлось без жертв. Вспоминаю рассказы о Даренфельдской эстансии. Как она была сожжен до тла после того, как кто-то ранил гиппея. Тогда все люди в деревне погибли. Люди в деревне Опал Хилл, слуги здесь, в большом доме, – это всё наши люди, отец. Простые люди.
– Сколько вас в Опалл Хилл?
– Сто с небольших человек. Нужно попросить Роальда Фью прислать несколько грузовиков…
– Люди будут готовы?
– Себастиан сейчас на пути в деревню. Если вы добудете для нас грузовики, тогда мы незамедлительно отправимся на зимние квартиры, чтобы привезти скот. Им понадобятся их животные…
На той стороне наступило долгое молчание.
– Ты можешь привести иностранцев из эстансии?
– Его превосходительство, да. Его секретаршу и её сестру. Старого священника. Вот и всё. Больше никого нет.
– А где же его жена? Дети? Другой священник? Любовница Юрарьера, Эжени?
– Сегодня утром Асмир Танлиг отвез Эжени в Коммонс. Остальных здесь нет, но у меня нет времени сейчас о них рассказывать. Мне надо идти.
Он отключился и побежал по комнатам, останавливая всех встречных слуг. Все они были из деревни. Нескольких человек он послал за отцом Сандовалом, Андреей Чапелсайд и её сестрой, сказав им, что может выделить им на сборы всего час. Такая задержка ставила под угрозу жизнь Риго, но он не мог просто собрать женщин и улететь, бросив всё их имущество. Им понадобятся их вещи. Женщинам всегда нужны вещи.
Марджори. Ей тоже понадобятся вещи. Он подозвал трёх горничных и велел им собрать личные вещи леди Вестрайдинг и её дочери – драгоценности и самую необходимую одежду.