В доме бон Хаунсеров Эрик присоединился к эвакуированным вместе с Джейсоном, сыном Обермуна. Фелиция погибла за стенами бон-Лаупмонов, во время того, «рыцарского поединка» Риго.
Усадьба бон Лаупмонов была полностью разрушена ещё до прибытия машин, хотя простолюдины прорубили вокруг деревни противопожарную полосу и, вооружившись ножами для сбора урожая, стояли на месте со своим скотом. У бон Смерлоков спасателям сказали, что боны ушли на охоту с бон Танлигами. Все, даже старики. Ранним утром явилась огромная толпа гончих и верховых животных, и все обитатели эстанций отправились на охоту. В эстансиях остались только дети. Детей и жителей деревни эвакуировали; широкая тропа гиппеев вела от эстансий к Коммонсу.
В зимних квартирах был устроен импровизированный госпиталь для Ровены, Стеллы, Эмми, Шевлока, Фигора и дюжины других тяжелобольных или раненых до или во время эвакуации.
Тони спал в общежитии дежурной части, готовый отбыть на Звёздной Лилии. Майноа и Риллиби ушли в лес. Персан и Себастьян помогали мэру Би расселять эвакуированных и укреплять зимние квартиры.
Марджори и Риго разместились у Роальда в городе.
Кинни со слезами на глазах повела их в просторные комнаты внизу.
– Мы потеряли только одну деревню, – сказала она. – Одну из семи. Но все в городе оплакивают Клайв…
Кинни пригласила их на кухню, и только когда они поели и принялись за чай, она вспомнила: – О, Роальд звонил, пока вы были внизу. Завтра прибудет большой корабль. Из Святости. Роальд говорит, что на нём прибудет тот, кого вы называете Иерархом.
Воображение Марджори живо нарисовало картину возможных проблем.
– Риго, мы должны увести доктора Бергрема из больницы. Это прямо у порта. Мы должны спрятать её. Если Святой Престол узнает, над чем она работает…
***
Корабль Святого Престола с Иерархом на борту, Исрафель расцвел, как звезда, и, как звезда, остался сиять на небе. Один небольшой шаттл отделился от него, чтобы выгрузить небольшой отряд людей под командованием Серафима, военного с погонами с шестикрылыми ангелами на плечах. Его встретил мэр Би.
– Иерарх желает поговорить с Джамлисом Зои в мужском монастыре Зеленых братьев. Нам не удалось связаться с ним через вашу систему связи.
Мэр Би кивнул.
– Монастырь был уничтожен степными пожарами, – сказал он. – Сейчас мы ищем выживших.
Наступило задумчивое молчание.
– Иерарх может захотеть спуститься и убедиться в этом лично.
– Мы эвакуировали отель «Порт» для нужд Иерарха, – согласился мэр. – Пожары выжгли и большие участки пастбищ и семь деревень. Город полон беженцев.
Выражение лица Серафима не изменилось.
Иерарх не стал спускаться в Траву. Вместо этого он послал за Риго. Марджори настояла на том, чтобы пойти с ним.
– Для правдоподобия, – сказала она. – Мы прибыли на Траву вместе. Давайте же поддерживать друг друга. Думаю, Серафим ждёт нас.
– Серафим, – фыркнул Риго. – Почему его нельзя назвать полковником или генералом? Серафим!
Иерарх не выказал подозрений, хотя это было бы трудно заметить, так как он приветствовал их из-за прозрачной перегородки.
– Мои советники, – сказал он. – Они не позволяют мне подвергать себя риску.
– Очень мудро, – вставил Риго.
– Да? Здесь, на Траве, есть какая-то опасность, посол?
Иерарх был одет в белые одежды с вышитыми по подолу золотыми ангелами. Их блестящие крылья отбрасывали вокруг него сверкающий ореол. Лицо у него было обычное. Это было лицо, которое можно было забыть, едва отвернувшись.
– Мы не знаем, – сказал Риго.
И это была правда.
– Есть случаи бесследного исчезновения на Траве, – честно сказала Марджори. – Мы пытались выяснить, как и почему это происходит. Было бы полезно, если бы мы точно знали, что изначально привлекло внимание Святого Престола к Траве. Информация, которую нам дали в начале нашей миссии, была не полной.
Иерарх окинул её с ног до головы долгим взглядом, оценивая. Такого взгляда Марджори раньше не встречала, отчего она даже непроизвольно поёжилась.
– Я расскажу вам ровно то, что нам известно. Один из приезжих родственников мелкого клерка в Святом Престоле работал портовым контролером на Позоре. Время от времени, этот родственник после работы заходил в портовый трактир. И вот однажды за пинтой пива он разговорился с матросом безымянного грузового корабля. Член экипажа рассказал, что у его друга, чьё имя осталось неизвестным, высыпали язвы на ногах и руках как раз перед тем, как корабль приземлился на Траве. Больной находился в карантинной капсуле. Корабль пробыл на Траве неопределённое время. Когда же он прибыл в какой-то дальний пункт назначения, этот человек полностью вылечился.