Джеральдрия еще раз прижала промокшее полотенце к лицу, заглушая звуки, которые, казалось, не могла сдержать. Когда спазм прошел, она порылась в кармане в поисках кредитного чека, который положила туда ранее. – На это купишь всё, что тебе нужно. Если будет нужно больше, чем это, дайте мне знать. Скажи доктору Бергрем… скажи доктору, чтобы она отослал её подальше с Травы, если это поможет ей.
Клима чек в карман. Она взяла Гусиную девочку за руку, чтобы та не пустилась в пляс, и потащила её через ворота к дорожке.
– Это не её вина, – сказала Клима, оборачиваясь.
Джеральдрия воскликнула: – Димот так не думает. Он говорит, что Джанетта виновата во всём сама. Он говорит, что иначе этого бы не случилось с ней. Винс согласен с ним. Забери её, Клима. Я больше не могу этого выносить, – она побежала к дому и скрылась из виду, закрыв за собой дверь.
Клима взяла девочку за руку и повела её по тропинке, свет от фонаря освещал их маршрут, столь же хорошо известный Климе, как комнаты в её собственном доме. Она отошла достаточно далеко, чтобы быть скрытой от дома травой, когда кто-то вышел позади неё и натянул мешок ей на голову, сбил с ног и завязал узлом верёвку на её лодыжках. Клима была слишком удивлена, чтобы кричать.
Она выпрямилась и нащупала веревку, торопливо развязывая узел пальцами. Она услышала звук аэрокара, взлетающего из травы. Наконец узел развязался, и она сняла мешок, поворачивая фонарь вокруг себя и вглядываясь.
Она звала, рыскала в траве, даже привела нескольких мужчин из деревни, чтобы они помогли ей в поисках, но всё тщетно – девушка исчезла.
***
Внезапно Пауза закончилась. Охота возобновилась. Имея великолепные навыки в верховой езде на земных лошадях, и Риго, и Стелла потратили гораздо меньше времени на тренировки, чем того могли ожидать боны. Вскоре настал день, когда Риго объявил, что через два дня он будет участвовать в Охоте у бон Дамфэльсов.
– Я ожидаю, что вы все будете там, – мрачно объявил он своей семье, – Ты, Марджори. Тони. Стелла.
Марджори не ответила. Тони сдержанно кивнул. Стелла же залопотала от возбуждения: – Конечно, папочка. Мы бы ни за что этого не пропустили.
– Я заказал гондолу на воздушном шаре, чтобы вы могли комфортно следить за Охотой.
– Это очень заботливо с твоей стороны, – спокойно произнесла Марджори. – Я уверена, что нам всем очень понравится.
Стелла бросила косой взгляд, встревоженная голосом матери. Слова, формулировка – всё было как обычно, и всё же в этом голосе было что-то холодное и безразличное. Она отвела взгляд, решив, что сейчас не самое подходящее время подтрунивать над матерью по поводу Охоты. Кроме того, было слишком много дел. Стелла была полна решимости ехать верхом, как и её отец, но найти подходящую одежду было нелегко. Она подделала заказ на имя Гектора Пейна и отправила их в Коммонс, перехватив доставку, когда он прибыл в Опал-Хилл. Теперь у неё было все, что нужно: брюки с подкладкой, специальные ботинки с зауженными носками, чтобы цепляться за рёбра креплений. Остальные вещи она подобрала из собственного гардероба: пальто и охотничий галстук, перчатки и жокейна. Она намеревалась спрятать свёрток с вещами в аэрокаре и тайно перевезти их в эстансию бон Дамфэльсов. Это была одна из последних охот в Клайве. Через несколько дней Охота должна была перейти к бон Лопмонам.
Поскольку Пауза закончилась, Марджори решила, что гиппеи больше не будут охранять пещеру. Следующим утро, ещё затемно, пока вся её семья спала, она взяла записывающее устройство из предыдущего путешествия и прокатилась на Кихоте по длинным петлям, которые они сделали в предыдущем путешествии. Она нашла гребень, неглубокий склон и пещеру. Там не было никакого запаха, кроме запаха травы. Ни звука. Возможно, громоподобный звук был чем-то наподобие брачного гона, если у гиппеев вообще были пары. В неглубокой впадине не осталось ничего, кроме кусочков сухой хрупкой скорлупы. Пещера была пуста, если не считать груд порошкообразных сгустков у входа. Она посмотрела на них, наконец узнав в них мёртвых летучих мышей, те самые порхающие тени, которые она видела раньше в пещере. Это было то, что победивший гиппей пинал ногой в своего побеждённого сородича. Она перешагнула через крошащиеся залежи трупиков и вошла в пещеру, отметив её сходство с той, что была в окрестностях Опал-Хилла. В обоих были одинаковые каменные столбы, одинаковые высокие отверстия, один и тот же источник с одной стороны.
Но было одно заметное отличие. Земляной пол этой пещеры был покрыт сложным узором, вырезанным копытами гиппеев, витиеватым узором, таким же сложным, как те, которые, как она видела ребёнком на доисторических кельтских каменных памятниках. Движимая необъяснимым порывом, Марджори достала записывающее устройство и прошлась по рисунку от одного конца пещеры до другого, по каждому его изгибу и переплетению, наблюдая, как узор полностью появляется на крошечном экране. Было бы бесполезно спрашивать Риго, что, по его мнению, это может означать. Возможно, однако, она могла бы спросить брата Майноа, когда увидит его снова. Всё осмотрев, всё записала, она вернулась в Опал Хилл без происшествий, чувствуя определенное удовлетворение от своей вылазки.